Блэйквуд громко рассмеялся и, перехватив мою руку за запястье, потянул к себе. Чуть смутившись, я постаралась приободриться и сама приподнялась на кровати. Перекинула ногу через бёдра мужчины, устраиваясь на его коленях. Как в фильмах… Заинтригованный моими действиями, Шторм ничего не предпринимал, ожидая дальнейшего развития событий. Смущение чуть отступило, когда я ощутила контроль над ситуацией. И я поцеловала Блэйквуда. Впервые сама.
Шторм обхватил мою талию руками, вжимая меня в своё тело. Его губы отозвались на неумелые движения моих, быстро перехватывая инициативу.
— Да, точно, — прошептал он хрипловато. — Смелость.
— Что?
— Нравится в тебе смелость, — пояснил он, отстраняясь, чтобы расстегнуть пуговицы моей рубашки.
— Ну, я если чего-то пугаюсь, стараюсь не тушеваться, а идти напролом, — призналась, сконфуженно усмехнувшись.
— Тебе нечего бояться. Со мной точно, — лёгкий поцелуй коснулся оголившейся кожи шеи.
Блэйквуд проникновенно заглянул в мои глаза. И сердце дрогнуло.
Не впервые в разговоре с ним…
— Для меня всё ново и непривычно.
— И для меня, — ухмыльнулся он.
— В смысле?
Он откинулся на спину, а я тихо вскрикнула от неожиданности, повалившись на его грудь.
— Это моя первая инициация. И последняя, — подмигнул он и развернулся, укладывая меня на кровать и нависая сверху.
— Ну вот, такой важный момент, а у меня дракон без опыта, — хихикнула я, и мои губы накрыли порывистым поцелуем.
— Твоё чувство юмора — отдельная причина тебя любить, — рассмеялся Блэйквуд, спускаясь поцелуями к моей шее.
Я растерянно замолчала. Произнесено это с сарказмом или он всерьёз? «Любить»? Об этом же не было речи. Или только я себе не позволяла обдумывать свои чувства?
Но, в принципе, дальше вообще было как-то не до обдумываний… Меня накрыло настоящим штормом ощущений, в прямом и переносном смысле. Блэйквуд не торопился, хотя во взгляде, в движениях чувствовались страсть и нетерпение. Он неспешно целовал, постепенно избавляя меня и себя от одежды.
Робость ушла, и я расслабилась, отпуская ситуация и отдаваясь чувствам, а заодно ласкам сильных рук и уверенному руководству дракона.
Подрагивающие пальцы скользили по горячей коже, медленно обводили шрамы. Их было много на теле Блэйквуда.
— Я не всегда был тенеборцем, Василиса, — произнёс он, нежно целуя меня в скулу. — Я выслеживал тёмных магов, преступников. А этот косой шрам после столкновения с Алексаном в академии. Так мы и подружились.
