Мне даже странно слышать, как столичные жители жалуются, что порой годами не видятся с друзьями. В Кирсановке, с ее пятьюдесятью тысячами населения и не захочешь кого-нибудь лицезреть – а все равно случайно встретишь, на улице, в парке или в магазине.
– О! Какие люди! – воскликнула при виде меня Машка. – Каким ветром занесло тебя в нашу дыру? Из ваших-то райских кущ?"
"Конечно, Машка узнала – слухи по нашему городку разносятся мгновенно – что я получила «элитную» работу в «элитном» санатории. И естественно, сразу начала мне завидовать.
Одна ее приветственная реплика чего стоит...
Говорят, что женщины заводят подруг для того, чтобы было кому завидовать. И чтоб одновременно имелся рядом человек, который испытывает зависть по отношению к тебе. Дескать, когда тебе завидуют – это просто приятно. Считается, если у тебя нет завистников – значит, ты ничего не достиг. Ну, а когда чувствуешь зависть ты сама к кому-то – это помогает тебе совершенствоваться, к чему-то стремиться, становиться лучше.
Если утверждение, что подруги нужны для взаимной зависти, правда, то в случае с Машкой оно верно только наполовину.
Я никогда ей не завидовала. Вот ни разу, ни чуточки!..
А моя подруга, напротив, завидовала мне всегда, по каждому удобному и неудобному случаю. Завидовала и тому, что я ростом выше и грудь у меня больше, чем у нее. И тому, что я у мужиков пользуюсь большим успехом, чем она (и это тоже правда). В свое время Машка исходила завистью по поводу наличия у меня приставучего Коляна. А потом – по поводу Юрика.
А когда Юра исчез, наградив меня дитем – тоже завидовала (как же, я уже родила, у меня есть маленький, а у нее еще нет). И моя работа в спорткомплексе ей покоя не давала (якобы очень престижная), и мои отношения с женатиком Емельяном... Теперь она, наверно, вся извелась, что меня трудиться в «Ариадну» взяли, на сумасшедшую зарплату... Да уж, действительно, мой заработок оказался воистину сумасшедшим – тридцать тысяч «зеленых» долга...
Однако надо отдать Машке должное – она ни разу не пыталась кинуть мне подлянку.
Никогда со мной не соперничала: ни одноклассников не отбивала, ни Коляна, ни Юрика, ни, тем более, Емельяна Петровича. Может, виновата в том ее слишком уж заниженная самооценка – а, может, врожденная порядочность. Или просто боялась мне дорогу перейти. Не знаю. Во всяком случае, проблем у меня никогда с Марией не было, и терок с взаимными обвинениями мы с нею ни разу не устраивали.
И, несмотря на завидки, всегда, когда нужно, Машка мне помогала.
