Два свидания на один вечер – одно с кандидатом наук, второе с первым красавцем санатория – это ведь просто фантастика! Жизнь явно вошла совсем в другую колею!
Лиля
Мой поганый характер точно мешал мне жить.
Мало мне было уже имевшихся врагов – я себе еще и нового завела. Причем им оказалась (кто бы подумать мог!) тишайшая и простодушная пампушка Бэла.
А ведь она до поры была самой моей любимой клиенткой. Хоть и москвичка (а они все снобы), и живет в самом роскошном, триста долларов в сутки, люксе, но держится всегда скромно.
На тренировки является минута в минуту, занимается старательно, все мои указания выполняет с ретивостью новобранца, мечтающего выслужиться перед строгим сержантом. И, главное, нет в ней той противной снисходительности, с которой на нас, обслуживающий персонал, вечно поглядывают богатые постоялицы. Обычно-то тетки себя на тренировках ведут будто милость тебе оказывают: ладно уж, поприседаю, пробегусь, проработаю трицепс – но только попробуй меня перегрузить или разозлить: мигом нажалуюсь начальству.
Бэла же – вот странно для москвички-богачки! – наоборот, держала себя так, будто меня боится. Да еще и смотрела восхищенными глазами, а однажды и вовсе выдохнула:
– Лиля! Я бы так хотела быть такой, как вы!
– Что ты имеешь в виду? – слегка опешила я.
И она, глядя на меня преданными глазами послушной собаки, пробормотала:
– Быть такой же стройной. Обаятельной. И уверенной в себе...
Я подозрительно взглянула на нее: тихушница Бэлка ко мне клеится, что ли? Не зря ведь Емеля говорил, и инструктора меж собой болтали, что среди столичных клиенток частенько попадаются лесбиянки.
Однако Бэла совсем не походила на девушку нетрадиционной сексуальной ориентации. Да в ней, впрочем, и вообще никакой сексуальности не было – типичная старая дева, несмотря на все свои столичные привилегии."
"Мне даже ей помочь захотелось – сильные ведь частенько берут под свое крыло убогих и слабых. Я с ней и занималась с особой старательностью, прилагала все силы, чтобы пампушка, наконец, начала худеть и обрела толику уверенности в себе.
И советы давала: научила, например, не тупо замазывать все лицо тональным кремом, отчего оно выглядит совершенно неживым, а лишь сбрызгивать его термальной водой и потом слегка припудривать. И очень радовалась (считая происшедшее и своей заслугой тоже), когда у скромницы Бэлки вдруг вспыхнул роман – пусть всего лишь с доктором Старцевым. Хотя тот и был когда-то моим поклонником, но я совсем не страдала от его измены.
