В дядиной части Сергеев пару раз пытался участвовать на равных в застольях с офицерами-ракетчиками, после чего приходил в ясное сознание только на третий день. По утрам, отпаивая Андрея рассолом, дядя говорил, что употребили они всего ничего, а вот если любимый племянник сядет за стол с медиками, вот тогда… На трезвую голову Андрей решил, что столько пить он не сможет и на военфак не пошёл.
Завершив обучение и получив лейтенантские погоны со змеёй, Володя Петренко два года отслужил в какой-то дыре, был повышен в звании и переведён в центральный госпиталь.
Возвращение военного медика в родной город они отмечали у Андрея в малосемейном общежитии. Петренко принес гитару и часов до трёх, пока не пришёл комендант, оглашал общагу бардовской классикой, заливая в себя неимоверное количество подтянутого из госпиталя спирта. «Господа офицеры, боевые друзья…» – прочувственно выводил Володя. Голос у него был звучный, командный, а вот со слухом проблемы."
"С трудом разлепив на следующий день глаза, Андрей мысленно поблагодарил дядю и окончательно утвердился в мысли, что решение не переводиться на военфак принял правильное.
С Володей он отношения поддерживал, поскольку в трезвом виде Петренко был весёлым парнем и хорошим товарищем. Офицерская фуражка его не испортила. Если кто и мог сейчас располагать информацией о лейтенанте и тяжёлой инфекции, внезапно поразившей уже как минимум четверых, так это старший ординатор Петренко.
В третьей по счёту будке, несмотря на выбитые стёкла, телефон работал.
Опустив в прорезь двушку, Андрей набрал коммутатор госпиталя. Услышал, как всегда, приятный женский голос:
– Центральный госпиталь, пятая.
Телефонисточки в госпитале были очень даже ничего. Петренко настойчиво предлагал привести парочку к Андрею в общагу, на очередные посиделки. Андрей упорно отказывался. У него были серьёзные планы на симпатичную студентку Оксану, подрабатывающую в линейных бригадах, а то, что происходит в общаге, на следующий день становится известно всей скорой.
– Пятёрочка, соедините меня со старшим ординатором Петренко, второе отделение.
– Минуточку.
Андрей засёк время. Бодрый голос Петренко раздался через тридцать пять секунд:
– Старший ординатор Петренко.
– Вова, привет. Это Сергеев.
– Привет, бродяга. Как голова, не болела после пятницы?
– Ещё как болела!
– Слабак!
– Сам ты слабак. Спирт у тебя технический.
– Кто бы говорил, это у вас на гражданке технический, а у нас высшей пробы, суперчистый.
