Особое внимание – на выпускные фильтры. Всё должно быть, как прописано в инструкциях, у нас образцовый объект, безупречная система безопасности. Ты меня понял?
– Так точно, товарищ майор!
Сазонов пристально посмотрел на Леденёва, удовлетворённо кивнул и повернулся к прапорщику. В голосе начальника особого отдела зазвучали доверительные интонации.
– Михалыч, найди техника Чернова. Он там что-то с фильтрами напутал, об этом никому не надо знать, особенно москвичам.
– Так я вам, Сергей Викторович, ещё зимой про Чернова докладывал…
– Прапорщик Исаков! – в голосе Сазонова зазвенел металл.
– Родина доверила нам важный секретный объект! Такое доверие подразумевает особый спрос! Если наш товарищ не справился с обязанностями, это его вина. Провинился – отвечай. По всей строгости, без трибунала и адвокатов. Мы на военном положении. Понятно?
– Так точно!
– И бригадой скорой помощи, которая Фёдорова госпитализировала, займись. Вот номер и состав. – Сазонов протянул прапорщику лист бумаги.
– Похоже, лейтенант в бреду лишнего наговорил. Разберись.
– Радикально?
– По обстановке. Пусть у них появятся новые заботы, чтобы бред Фёдорова не вспоминали. В общем, не мне тебя учить.
– Сделаем, товарищ майор.
Исаков улыбнулся, и от улыбки этой капитана Леденёва передёрнуло. Хотя давно уже должен был привыкнуть.
Глава 5. Господа офицеры
02 апреля 1979 года, полдень, военный госпиталь.
С Володей Петренко, старшим ординатором военного госпиталя, до четвёртого курса Сергеев учился в одной группе.
На четвёртом Петренко перевелся в Томск, на военно-медицинский факультет. Звал Андрея с собой. «В мире пахнет порохом, – убеждал он приятеля, – блок НАТО сужает кольцо, пора надевать форму!» Андрей ничего против формы не имел. Любимой детской игрой была «войнушка». Лето напролёт он с такими же пацанами бесстрашно сражался с немецкими фашистами, оглашая тихий дачный посёлок громогласным «ура». В более зрелом возрасте Сергеев всерьёз подумывал о карьере военного, но выбор сделал в пользу мирной профессии.
Военно-медицинский факультет был своего рода компромиссом между детскими мечтами и взрослой реальностью. Окончательно отказался от мундира военного врача Андрей после очередного посещения ракетной части, которой командовал его дядя. Полковник Станислав Сергеев племянника не отговаривал. Просто наглядно демонстрировал отношение кадровых офицеров к военным медикам, называя их исключительно придурками и алкоголиками.
