Янтарь словно был в каком-то кровавом коконе, даже волосы!
Будто его окунули в красную реку, что отобрала все его силы, не оставив и капли, чтобы он мог хотя бы открыть свои солнечные глаза.
Я бы не смогла сделать и шага, если бы не Тайга, чьи ладони я почувствовала на себе, когда девушка подтолкнула меня вперед к дому, где на пороге появилась встревоженная, но сосредоточенная тетушка Зои — кажется единственный человек, который в эту секунду мог думать логически — которая махнула отрывисто на распахнутую дверь.
поспешно стягивая с себя фартук:
— Скорее несите их в дом!
Это был старт всеобщего движения, когда тихая шокированная поляна в миг превратилась буквально в муравейник, и все ринулись вперед. путаясь под ногами другу друга, и заговорив одновременно.
— Несите на второй этаж Мия, Тайга и Звезда, идемте со мной, остальные будьте внизу!"
"Не чувствуя своих ног, я с трудом шагала, словно на ходулях, не в силах оторвать взгляда от лица Янтаря, которое скрылось от меня уже в стенах дома, когда Север и Нефрит стали аккуратно, но очень быстро подниматься по лестнице на удивление широкой, как раз для таких огромных мужчин, как Беры, когда я прохрипела вслед;
— Я могу помочь! Я…я была медсестрой…
— Отлично, дочка.
Будешь помогать мне потом с перевязками, — быстро улыбнулась мне тетушка Зои, не по годам быстро и ловко поднимаясь вслед за Берами и своими сыновьями, которые были не в силах произнести ни звука, — А пока останься со Златой и Ладой, я позову вас.
если нам не хватит помощи.
— Север…
От хриплого едва слышного голоса я вздрогнула, тут же узнав Лютого, чья холодность и колкость в каждом звуке никуда не делась, даже если он говорил тихо и ослаблено.
— Тише, брат, тише. Все расскажешь потом, — быстро и встревожено пробормотал Север, стараясь занести длинного и огромного брата в дверной проем. чтобы ничего не задеть, и осторожно уложить на приготовленную кровать.
— Возьми…
Лютый протянул брату что-то вроде снежка, на что Север уставился, сначала нахмурившись и явно не понимая зачем, но когда его ноздри затрепетали и Бер выдохнул судорожно и хрипло, стало ясно, что это не просто комок снега.
— Пришьете ему это обратно. Я думал, что Палачи сожрут содранную кожу, но они оказались интеллигентами, — даже находясь с тяжелом состоянии Лютый умудрялся язвить, чуть дрогнув кончиками губ в холодной ухмылочке, — Какое чудовищное расточительство воистину.
