К нему подошел Караджа и спросил:
– Охранение будем выставлять?
Дабиров взглянул на телохранителя:
– Ты меня удивляешь, Айнур. Конечно, надо назначить наблюдателя, дозорного, который должен охранять нас и смотреть за селением. Впрочем, я сам пройду, погляжу на Тамлак.
Перевалило за полдень.
Остатки группы Ханидзе прошли по тропам сложный участок и наконец-то оказались в ущелье. Пятеро боевиков побежали к своим палаткам. Им сейчас больше всего хотелось упасть на мягкую подстилку и хоть немного отдохнуть.
Ханидзе и Басар шли следом, чуть отстав от основной группы."
"Королев понял, что наступил самый удобный момент для захвата не одного, а двух главарей и уничтожения остальных бандитов. Они все еще находились на открытой местности и не помышляли об обороне.
Он вызвал на связь Михеева:
– Третий, здесь Первый!
– Да!
– Духов внизу видите?
– Так точно.
– Они оба – ваша цель. Приказываю взять живыми. Я страхую.
– Принял.
Майор переключился на прапорщика Лобина.
– На связи, – ответил тот.
– Дозорных видишь?
– Вижу, держу на прицеле.
– Помни, два выстрела, два трупа.
– Помню. Сделаю.
Теперь осталось узнать, подошло ли прикрытие в виде взвода Куликова.
– Дон, я Орлан!
– На связи!
– Где ты?
– Два отделения со мной на входе в ущелье. Остановились. Одно у тебя за спиной, на плато. По докладу Второго, там все чисто.
– Задача прежняя, работаем. – Королев отключил станцию, достал ракетницу, взглянул на Волкова.
Капитан-разведчик кивнул.
В небо взмыла красная ракета, и тут же раздались выстрелы.
Огонь вели Михеев, Силин и Лобин. Королев видел, как, получив по пуле в ноги и руки, повалились на камни главари групп, исчезли за брустверами дозорные. Боевики на мгновение застыли. Они не ожидали ничего подобного. К постам рванулись Гросов и Беда.
Секунды, потерянные боевиками, стали для них роковыми. Ударил пулемет Тетерина, рухнули все пять боевиков, шедших к своим палаткам. Остальных положил Фокин.
По группе Басара открыли автоматный огонь Волков и Огаренко и практически сразу уничтожили половину боевиков.
Четверо бросились к кустам и за валуны. Им надо было преодолеть всего метров двадцать, чтобы попасть за укрытия. Это, конечно, не спасло бы их, но утопающий, как известно, хватается и за соломинку.
Впрочем, добежать им не удалось. С захваченного верхнего поста открыл огонь из трофейного пулемета старший лейтенант Гросов, из автомата – прапорщик Беда. Боевики попадали в нескольких метрах от укрытий.
