Он схватил Моисеева и прыгнул к лестнице. Сотрудники полиции скатились по ступеням в пустой холл первого этажа.
Ханидзе подъехал к отделению, положил на колени автомат и передал команду Карасику:
– Вперед! – И тут же Кураеву: – Огонь!
Когда к общежитию метнулись молнии, и тишину утреннего селения разорвали взрывы, Ханидзе кивнул Зайченко:
– Пошли.
Бандиты выскочили из машины и устремились за Карасиком и Тосуном, которые уже ворвались в здание отделения полиции. Тосун бежал первым.
Дежурный лейтенант Руслан Атаев услышал взрыв, вышел из-за пульта, схватил автомат.
Большего он сделать не успел. Очередь Тосуна отбросила его в глубь дежурного помещения.
Полицейский, лежавший на топчане у окна рядом с обезьянником, где сидели двое задержанных, даже не смог подняться. Его расстрелял Карасик.
Арестанты вскочили.
– Эй, вы кто?
Они на мгновение отвлекли внимание бандитов, чем воспользовался сержант Васильев. Он из коридора пробил очередью Тосуна, попавшего в поле зрения, но и сам тут же стал жертвой Карасика.
Бандит пальнул в него из-за угла, не выходя в сектор обстрела.
Трое полицейских были убиты. А в отделении их, по словам инспектора ДПС, столько и было.
Ханидзе ворвался в здание, увидел труп Тосуна:
– Черт! Как же так? Почему мент подстрелил его?
– Это ты меня спрашиваешь? – огрызнулся Карасик.
– Но не Арика же. Ведь было известно, что в ментовке три мусора. Как третьего проглядели?
– Не ко мне вопрос.
– Осмотреть здание! Может, здесь есть еще кто-то.
Из клетки донесся голос:
– Нет больше никого.
Ханидзе подошел к решетке, к которой прилипли два мужика.
– Кто такие?
– Мухаммед Алуев, – ответил старший по возрасту.
– Сеня Куль, – проговорил второй, помладше.
– За что вас взяли менты?
Алуев сказал:
– Машину перегонял покупателю, а документы дома оставил, вот и попался наряду.
– Ты?.. – Ханидзе указал стволом на неряшливого парня с одутловатым пропитым лицом.
– Так пьяного взяли эти волки. Сидел дома. Я недалеко, на хате одной бабенки обретаюсь.
Лидка за бухлом пошла, а тут мусора. Видать, из соседей кто настучал. Ну и повязали.
– Алкаш, значит?"
"– Почему алкаш? Пью не больше других. Отпусти, начальник. Видать, у тебя претензии серьезные к ментам. Это твое дело, а мне похмелиться бы. Лидка рядом, свалю мухой и никому о вас ничего не скажу.
– Конечно, не скажешь.
Ханидзе кивнул Карасику, и тот дал две короткие очереди. Алуев и Сеня Куль повалились на пол.
– Свидетели нам не нужны.
