Слова на него не действуют, только моя сила, которая тонкими нитями пеленает паразита и спускает на землю. Максимилиан дуется, не разговаривает со мной, но через время отходит и просит прощение. Пустошь, неигровая площадка и тут есть хищные птицы, для которых дракончик будет добычей.
Из столицы мы выехали в тот же день, хорошо, что торговые дела нас не задержали, небольшой караван из пяти кибиток вполне мобилен и быстро едет. В столице было неспокойно, по своей силе, которая заполнила весь парк дворцового крыла, в котором мы жили, я узнавала новости.
Не зря же пару дней только и делала, что сажала небольшие росточки деревьев и убирала сорняки. Не знаю, насколько долго она там задержится, но новости я узнаю быстрее, чем до меня долетают вестники от Мида.
Император объявил о «Великом исходе», пути свободны, и всем, тем, кто решит ехать в новые земли, будут выданы империалы для подъёма и закупа хозяйства. Мид присылал вестники, что он опять собирает караваны, которые пойдут в сторону новых земель с последним днем зимы.
Нужно готовиться к нашествию переселенцев и активной торговле, мы то знаем, что может пригодиться тем, кто поедет далеко в пустошь. Да и свои земли нужно заселять. По договору с императором мне отходят прилегающие к нам площади, и это в два раза больше территорий, чем есть сейчас. Эти годы «Великого исхода» обещают быть насыщенными и полными работы.
В один из вечеров, когда набегавшийся за день Макс спал, а Ария украдкой читала при свечке, думая, что я не вижу, я жарила блины.
Походная сковорода, несмотря на столько лет использования, а до сих пор выполняет свою работу, жарит без пригорания. Я замесила тесто, и нагрев свою прелесть до нужной кондиции, отгребла сильно раскаленные угли из костра в сторону, присыпав землёй. Завтра дети проснутся, и будет чем позавтракать, еще чем-то, кроме каши. В пути готовили те, кто был свободен. Если я была занята, обычно это выкапывание нужных растений и их приготовление к сушке, то готовили или воины, или Амарант.
— Она до сих пор с тобой? – Я вздрогнула от его голоса и на секунду замерла, потом расслабилась и продолжила жарить блины. С Амарантом эти пару недель я почти не разговаривала, только если что-то касалось Макса или Арии. Я словно отгородилась от него и тех моментов, когда он дурачился с детьми. Я знала, что Ария ему все рассказала, все про Карану, про то, что рассказывала ей о себе я. Этим она значительно мне помогла, я не хотела рассказывать все это сама.
