— Тихо! — маршал бросился ко мне и резко закрыл ладонью рот. Такого моя душа потерпеть не могла, я его машинально попыталась оттолкнуть, а он наоборот сделал страшные глаза и, кажется, уже имел намерения меня удушить… И все это вылилось в перетягивание моих рук, его шеи, отрывание одежды и других истинно боевых приемов.
— Да хватит! — наконец удалось оттолкнуть мне его и еще водой приложить, но так, слегка, а то покалечу героя-спасателя, потом еще объяснительную писать. И чего он вдруг мне рот стал закрывать? И как он здесь оказался? Может, он заодно с Рейджи? Папа, а можно было меня об этом предупредить?.
.
— Вы за это ответите, лейтенант, — проскрипел маршал, утирая лицо и отфыркиваясь, а еще почесываясь, все-таки мошкара его всерьез подъела. А я уже и забыла об укусах. — Это нападение на старшего по званию, еще и когда я нахожусь при исполнении… крайне важного задания!..
— Что за задание? — напряглась я. Неужели маршалу тоже что-то поручили? Но кто даст гарантию, что поручили нам одно и то же, а маршал не врал? Может, меня сейчас вокруг пальца водят и на самом деле просто ждут момента, чтобы прикопать где-то под кустом.
А что, он явно мог: силы хватило бы, а совесть не мучила потом, вон какие глазища красные, да и само лицо покраснело. Явно же смотрит и мечтает, как какой-нибудь морлок вцепится мне в глотку и утащит далеко-далеко, подальше от гарнизона, чтобы преступная деятельность продолжалась и дальше!
— Королевской важности, лейтенант, и вы сейчас расскажете мне все, что видели или слышали, пока блуждали по лесу.
Иначе я буду настаивать на понижении вас в должности по причине вмешательства в мои дела или… хм-м, генерал Гонзо будет рад узнать, что его дочь снюхалась с заговорщика-кха-кха…
— Что за бред?! — я сделала резкий шаг вперед, готовая отстаивать свою точку зрения на происходящее.
— Бред или нет, разбираться будем в гарнизоне, а вы отправитесь на гауптвахту до выяснения обстоятельств, — прогундосил маршал, вдруг затряс головой и все-таки почесал красное лицо. Эм-м, как-то слишком красное для того, чтобы быть нормальным! Тут уж я дернула его за руку, вытянула на более светлое пространство и ошалело охнула.
Маршал опухал, и это было жутко. Благо не задыхался, то есть отека Квинке не было, но лицо теперь выглядело надутым шариком, вместо глаз — тоненькие щелочки, губы — две половинки помидорки, а нос — крупная картошка. Красавец неописуемый. И пальцы как сосиски, еще и бордовые. Я выругалась, уж что, а аллергию я могла опознать.
