И почему теперь он чувствует себя настолько виноватым?
Уже поздно вечером, он не вытерпел и решил все-таки проверить, что с Кристиной и открыв портал ушел Фордок. Его встретила прохлада и пряный запах роз. Быстро разыскал нужного сюорщика. Совсем юный мальчишка, им всем в свое время пришлось поработать здесь на практике, кому больше кому меньше, но все до единого мечтали о том, чтобы поскорее смыться отсюда. Здесь было мерзко и, хотя постоянно проводили зачистки, это мало помогало, вид гнили на стенах и постоянный полумрак давили.
Но где еще безопасно могли научиться работать молодые сборщики? Так что все терпели и мечтали о том дне, когда выйдут отсюда.
— Где та девушка, которую я сегодня привел и велел позаботиться? — быстро спросил он, оглядываясь в поисках Кристины.
Вид у парня был замученный и виноватый. О девушке благополучно забыли и где она теперь никто не знал. Рэм только махнул рукой. “Вот же бестолочи”. — подумал он и быстро кинул поисковое заклинание.
Ей все равно не уйти отсюда, стоит защита, значит она где-то поблизости. Поиск может сработать. Поймав отклик, он быстрым шагом направился ее сторону. Следом за ним спешил и молодой практикант, который прекрасно понимал, что ничего хорошего его сегодня не ждет.
Чем дальше Рэм продвигался, тем сильнее становилось его тревога. Его путь лежал в зону, куда портировали всех больных морью людей. А это значит, что она могла заразиться. “Ну какого хрокка она туда поперлась?” — злился он про себя.
И тут же его внутренний голос язвительно заметил: “Разве ты не этого хотел? Все твои проблемы будут решены, через пару дней ее не станет и все будет как раньше”.
Как ни странно, эта мысль ему не понравилось. Да, он злится на нее, но не желает ей смерти. И уже практически бегом он влетел в карантинную зону, внимательно осматриваясь по сторонам, и тут же направился к одной из коек. Надежда на то, что Кристина не заразилась, тут же испарились. Она спала на кровати, крепко обнимая больную девочку, которая была уже на самом краю.
— Займитесь девочкой. — резко бросил он парнишке, стоящему позади него.
А сам подошел к Кристине или легонько потряс ее за плечо.
— Просыпайся, пойдем отсюда. — сказал он ей, видя, как она открывает свои темно-карие глаза, и непонимающе смотрит на него.
Она пошевелилась, и от этого движения проснулась девочка, которая тут же тихонько заплакала.
— Мама, мамочка, мне страшно.
