Одним резким движением прижимаю его щекой к гладкой отполированной поверхности, с бешенством представляю, как на лаковом покрытии появляется конденсат от взволнованного отцовского дыхания…
Но приходится тут же сбросить с себя наваждение. Я знаю, мой порыв – это напускное. По факту я ничего не добьюсь, только докажу отцу, как сильно он умеет меня зацепить. И что держать себя в руках за столько лет я так и не научился. А он продолжит пользоваться этим и дальше, колоть точечно, наносить самые сильные удары.
– Про Алину свою ты можешь нести что угодно, – четко проговариваю я, беззвучно задвигая стул, расслабляясь.
Удалось все же взять себя в руки. – Меня это не особо волнует. Но давай договоримся. Если я еще хоть раз в сторону матери, сестры или Зорины услышу от тебя нечто подобное, пеняй на себя. Алина тебя ввек не выходит. И тогда она точно запрыгнет на первого мужика, который окажется возле нее в радиусе километра. И никто тебе даже не посочувствует.
Отец в гневе багровеет и меняется в лице. Вновь обрушивает тяжесть широкой ладони на стол.
Смотреть на него тошно. Мерзко на душе. Ощущение, будто руки в дерьме испачкал. И это зловоние бесцеремонно въелось в кожу: не смыть его, не вытравить. Мне хочется оттереться от этого разговора.
– Угрожаешь мне, сопляк?
– Предлагаю тебе просто забыть о моём существовании. Нам обоим сразу полегчает. И суммы левые через внебрачных детей своих проводи. Ах да, я забыл. Из всех твоих отпрысков только я могу в этом помочь. Ну… прости. Я не согласен, – насмешливо развожу руками.
Не прощаясь, разворачиваюсь и иду прочь. И больше его не слушаю.
Противно. Лучше бы не приезжал. Раньше мы с Зориной вместе «прогуливали» подобные вечера. Теперь же, кажется, что это были одни из самых счастливых и трогательных мгновений в моей жизни.
– Сынок, – останавливает на пороге мама. Удивленно глядит на меня. – Ты уходишь?
– Да, поеду. Попрощайся за меня с гостями.
Я крепко обнимаю ее, стараясь не замечать замешательство в родных глазах.
– Но… что случилось?
– Все в порядке, я заехал ненадолго.
Мне пора.
– Ты у отца был? – указывает она себе за спину. В направлении отцовского кабинета. – Снова повздорили?
– Не бери в голову. Просто не сошлись характерами, – мрачно уклоняюсь я от прямого ответа. Внутри меня тьма разверзла крылья. Чувствую себя по горло в зловонном болоте.
– Характерами действительно не сошлись… – задумчиво произносит мама, – ваше противостояние длится всю жизнь.
– Кстати, ты здорово выглядишь. Как статуэтка.
