Ирэн Виленская стала первой женщиной в Стоглавой империи, награждённой этим орденом.
После этого грамоту на баронский титул и орден Святого князя Владимира 2-ой степени получил Путеев. Софья и Аристарх Викентьевич получили грамоту на потомственное дворянство.
Прасковья Валуевна, стоявшая здесь же и промокавшая глаза маленьким платочком, вышитым розовыми цветами, обняла Ирэн и пригласила всех в столовую залу. Забела с наместником задержались в кабинете.
Когда граф озвучил наместнику свою просьбу, Мирослав Мирославович сначала хотел отправить наглеца куда подальше, но поразмыслив немного решил, что может и помочь.
Иметь в должниках графа Забела дорогого стоило. Тем более перед поездкой в столицу.
В результате их совместного «творчества» появилось следующее:
«…Ирэн Леонидовна Виленская весьма нестандартная личность. Любит свою семью, отца, братьев, сына и дочь. По-доброму относится к людям, и они отвечают ей тем же. Может быть жёсткой к врагам, особенно если покушаются на её семью. Много знает, умеет находить людей, вместе с которыми может создавать невозможное»
Забела смотрел на эти строки и понимал, что императрица либо возненавидит Ирэн, либо они станут подругами.
Глава 36
Москов. За три дня до вручения наград.
Утром, отлично выспавшаяся баронесса Виленская, приказала заложить экипаж и поехала в главную коллегию законников.
Ливрейный слуга пробежал вперёд и распахнул дверь, успев сообщить, что прибыла баронесса Виленская. Встретил баронессу невысокий, невзрачный служащий.
Аристократы редко сами приезжали в главную коллегию, обычно во всех родах были семейные законники, которые представляли интересы всех поколений семьи. Поэтому, увидев затянутую во всё чёрное, дорого одетую женщину, прибывшую в карете с баронским гербом, молодой человек сначала вытянулся, потом, спохватившись, поклонился и немного дрожащим голосом произнёс:
— Чего изволите, госпожа баронесса?
Елена Михайловна строго взглянула на склонившегося перед ней человечка и приказала:
— Веди к главному законнику
Человечек ещё ниже склонился и тихо сказал:
— Ещё нет главного, только дежурный, госпожа баронесса
— Так веди к дежурному, дурак, — начала терять терпение старшая Виленская
Служащий торопливо засеменил впереди, всё время оборачиваясь и проверяя идёт ли за ним строгая аристократка.
Вскоре они подошли к большим двустворчатым дверям из морёного дуба. Человечек распахнул двери и снова склонился, пропуская баронессу в большой кабинет.
