В общем Софья снова уговорила брата сохранить помолвку с Кириллом Балашовым и с разрешения брата пригласила его с матушкой к ним на обед в выходные.
* * *А Кирилл Балашов в это время тоже вёл разговоры, но с дядей.
Утром, что уже было необычно, так как последние две недели Кирилл не вставал раньше обеда, он неспешным шагом прошёлся по улицам столицы. Погода была прекрасная, светило солнце и было по-летнему тепло. Кирилл прошёл через сквер, в котором гуляли столичные матроны с дочерями и барышни в разноцветных платьях, сопровождаемые отцами или мужьями.
Умытый, побритый, и протрезвевший Кирилл вызывал восхищение у женского пола. Даже без офицерского мундира дамы оборачивались ему вслед, а девицы краснели, когда чёрные глаза графа останавливались на ком-то из них.
Граф шёл и думал:
— Права всё-таки матушка, не сошёлся свет клином на Обуховых, если вдруг решат разорвать помолвку, то я быстро найду замену этой худосочной княжне.
Ставровский встретил племянника не очень радостно, всё-таки ещё не простил того за сорванный план.
Ни чаю ни вина не предложил, сразу провёл племянника в кабинет.
— Ну что, как живётся без службы? — задал вопрос князь
Балашов удивлённо посмотрел на князя:
— Плохо живётся, Константин Петрович
— Так иди подай рапорт на войну, вон на границу с Ханиданом или в Горное княжество, там в гарнизонах всегда людей не хватает, — Ставровский говорил серьёзно, и, если бы племянник принял мужское решение и сказал, что так и сделает, не стал бы ему мешать, но граф Кирилл не хотел на войну, он хотел обратно в штаб.
— Но, матушка же… — начал Балашов
— А что матушка? Матушка твоя слава богу здорова, и я тут, если что подсоблю, — дал ещё один шанс племяннику князь.
Но Балашов потупился и сделал вид, что думает над предложением.
— Ну что же, я сделал всё что мог, — подумал князь, — другого пути снова стать тем, кем он был у графа, не будет.
А вслух сказал:
— Если ты, Кирилл, всё же решишь пойти в гарнизон, дай мне знать, а пока есть у меня к тебе одно дело.
И князь поведал Балашову свою идею, как можно отомстить зарвавшимся Лопатиным.
Балашов, уезжая от князя в офицерский клуб, думал не о предложении князя попроситься в отдалённый гарнизон, чтобы очистить свою репутацию и снова вернуться в столицу в белом офицерском мундире, и не о том, что князь снова его втягивает в непонятные истории, а о том, как он «спасёт» Ирэн от «разгулявшейся молодёжи» и она в порыве благодарности вспомнит что любит его.
