Её пытались производить из старого тряпья, но делали это вручную на мельницах, фабрик не было и в основном бумагу в империю поставляла Бротта и немного Кравец, дешевле было привозить с острова Ше*, но это был самый долгий путь. Платили за бумагу бешеные деньги. Тысячами золотых империалов расплачивалась Стоглавая империя с иноземцами за писчую и печатную бумагу.
(остров Ше (выдуман.) — предполагается похожесть на Китай)
Ирина уже размышляла о том, что надо бы поразмыслить в этом направлении, но ей нужен был кто-то типа Проши, человек с техническим складом ума, который мог бы подхватить идею и превратить её в бумагоделательную машину.
Ирина поделилась этим с Аристархом Викентьевичем, тот обещал её познакомить со своим старинным другом, который тоже в свое время переехал из Кравеца в Стоглавую и держал механическую мастерскую в столице. Он тоже собирался быть на мануфактурной выставке, так что там и можно было запланировать встречу.
А пока Ирина приказала закупить дешёвого сероватого холщового полотна, ещё подумав о том, что в двадцать первом веке, модные дизайнеры оценили бы такую ткань в совершенно другие деньги, но здесь всё было натуральным, поэтому этот вариант и был самым приемлемым.
Мыла получилось примерно сто брусочков, должно было хватить, тем более что Ирина планировала, что испытание завершится через неделю. Она полагала, что этого срока достаточно, чтобы понять работает выбранная дозировка и не опасна ли она.
Сначала поехали в больницу к Путееву.
Оказалось, что профессор сразу по приезду включился в работу и даже не успел увидеться со своим учеником.
— Да какой я теперь доктор, Коля, — улыбаясь говорил профессор, — я теперь больше учёный. Но как же я рад тебя видеть студент Путеев, давай показывай свою больницу, уже вся столица слухами полнится.
Аристарху Викентьевичу понравилась больница:
— Правду люди говорят, это лучшая больница, что я видел
Путеев засмущался:"
"— Да сейчас и в других больницах внедряется эта метода, тем более что это не только моя заслуга, но и Ирэн Леонидовны
Путеев оглянулся на Ирэн, которую уже атаковали молодые доктора.
Взглянул на графа Забела, который молча возвышался за спиной Ирэн и добавил:
— Вот скалпрум мы с Ирэн Леонидовной вместе придумали. Вот что сделало прорыв в операциях, совершенно ведь по-другому разрезы после него заживают.
Со стороны молодых докторов раздался голос Назара:
— А ещё Ирэн Леонидовна нам шприц обещала.
