До самого вечера я обдумываю планы для «Фаррз», точнее, то, что можно сделать сейчас же. К концу дня у меня составлен список рождественских презентаций, скидок и распродаж. Заказала новые товары. Перепланировала зал. Ни Джейка, ни Николь, ни дядюшку Неда я не спрашивала. Все сделала сама, мысленно обсуждая это с мамой и время от времени советуясь о чем-нибудь с Морэг. Больше никого. Я в ответе за все. Я, Фикси.
Домой я приползаю совершенно выжатая. На пороге кухни болтается Николь, как всегда, уткнувшаяся в телефон.
– Привет, Фикси! – говорит она, мельком взглянув на меня. – Ну и психанул вчера Джейк из-за тебя.
– Знаю, – коротко говорю я. – Я от него тоже не в восторге, так что квиты.
Я жду, что Николь еще что-нибудь скажет о вчерашнем, но ей не до того: она, нахмурившись, смотрит в телефон.
– Я в таком стрессе! – порывисто восклицает она. – Я вся такая… Гормоны бурлят. Я должна встретиться с кем-нибудь.
– С чего бы это тебе быть в стрессе? – не слишком любезно спрашиваю я.
– Это все Дрю! Он заказал мне билет на двадцать третье. Типа я должна ехать в Абу-Даби. – Она изумленно смотрит на меня. – Типа он все оплатил.
– И что не так?
– Это пассивная агрессия! – Николь широко распахивает глаза. – Он пытается мной командовать! Знает, в каком стрессе я нахожусь, и все-таки меня дергает! Это как…
Она умолкает. Кажется, я теряю терпение.
– Я думала, стресс у тебя из-за того, что ты скучаешь по мужу, – напоминаю я. – Он купил тебе билет на самолет, чтобы ты к нему съездила.
Чем не причина психовать поменьше?
– Ты не понимаешь! – Николь сердито косится на меня. – Умираю, кофе хочу. Фикси, приготовь мне кофе.
Я считаю до трех и отчетливо произношу:
– Сама приготовь.
Николь хлопает глазами.
– У нас есть кофеварка. – Я указываю на машину. – Вперед.
– Ты же знаешь, что я не умею! – тут же заявляет Николь таким тоном, как будто это закон природы.
– Учись. Я покажу как.
– Я не усваиваю такие вещи! – Николь морщит носик.
– У меня их мозг блокирует. Ну, Фикси, давай. У тебя так круто получается!
И что-то в ее ленивом голосе выводит меня из себя.
– Хватит рассказывать мне, как я крута в том, что тебе самой делать не хочется! – ору я, и Николь дергается от изумления. – Прекрати отлынивать, прикидываясь неумехой!"
"– Что? – Николь таращится на меня так, словно впервые обнаружила, что я умею разговаривать и у меня вообще есть голос. Хотя, может, и правда впервые.
