Почему бы его сейчас не надеть? Сегодня? Крашусь, отправляю Грегу эсэмэс, чтобы меня подстраховал, берусь за сумочку.
И беру кофейную манжету. Пробегаю глазами наши расписки. Его почерк… мой… снова его… Мгновение я колеблюсь, а потом почти с вызовом пихаю манжету в сумку и выбегаю из дома.
Себ не спит и встречает меня улыбкой. Выглядит он на порядок лучше, чем вчера, и уже не такой бледный – хотя синяки приобрели жутковатый оттенок. Себ замечает, как я их разглядываю, и смеется.
– Не бойся, пройдут!
– Как себя чувствуешь? – спрашиваю я, садясь с ним рядом.
– Великолепно, – отвечает он. – Завтра выписываюсь. И у меня бесплатные костыли, так что все отлично. А ты принесла манжету? Скажи, что принесла!
Я не могу сдержать улыбки при виде такого волнения.
– Принесла!
И я достаю манжету из сумочки.
Себ берет с тумбочки ручку, что-то тщательно выводит на манжете, а потом с улыбкой протягивает ее мне.
– Прочитаешь дома.
Я умираю от желания сделать это прямо сейчас, но послушно прячу манжету обратно.
А потом достаю из парусиновой сумки плоскую коробку и, слегка нервничая, протягиваю ее Себу.
– Это тебе, а то вдруг ты тут скучаешь? Шахматы, – зачем-то добавляю я, хотя Себ и сам прекрасно видит, что написано на коробке. – То есть там ничего особенного, это просто набор…
– Гениально! – Себ сияет. – Спасибо! А ты сама играешь?
– Нет, – признаюсь я. – Без понятия.
– Давай научу. Это все лучше убрать. – И он кивает на газеты, разбросанные по кровати. – Их очень любезно принесла медсестра, но там в основном о пришельцах.
– Разве не интересно? – хохочу я, собирая газеты. Все СМИ только и гудят о каком-то парне, который вчера вечером застукал у себя в саду НЛО и сфотографировал его.
– А может, президенты, когда их выберут, первым делом торжественную речь для инопланетян пишут, – заявляет Себ, распаковывая шахматы.
– А как же! – подхватываю я. – И репетируют перед зеркалом. «Собратья по разуму, в этот торжественный день я, преисполненный смирения и отваги…»
– Готов спорить, Обама такую готовил, – говорит Себ.
– Я даже почти хочу, чтобы вторглись марсиане, тогда ее можно будет послушать.
Он переводит взгляд на шахматную фигурку в руке.
– Ладно, начнем.
Он расставляет фигурки и объясняет, как ходит каждая из них, кто движется по диагонали, кто в обход. Я слежу за его словами, но что-то меня все время отвлекает. А именно – он сам. Его сосредоточенное лицо. Сильные руки, передвигающие фигурки. Страсть к этой игре.
