Самым настойчивым желанием было связать ее и запереть в Ранххаре.
И снова вспомнились ее слова. Не хочу быть с тобой… заставишь – не прощу… Скрипнул зубами. Заставлю. Не могу по-другому, не знаю другого… Ева возненавидит меня, но она и так меня ненавидит. И меня это злит. Но в то же время не могу о ней не думать, не могу забыть. Украду, заставлю, привяжу. Пусть ненавидит, лишь бы была рядом…
Потряс головой, сосредотачиваясь на предстоящем сражении. Мы заняли удобную позицию выше долины, подступы к ней перекрыты горным хребтом, так что противнику придется заходить по узкому коридору.
Лучники засели на скале, а генералы построили всадников на вирххарах, перед ними черных варанов, у которых почти непробиваемая броня, позади – пеших воинов. Лазутчики каждые десять минут отправляли летунов, сообщая о передвижении противника. Скоро они будут здесь.
Я отдавал последние распоряжения командующим."
"– Первым делом необходимо убрать магов, – мы склонились над картой, прикидывая, где вероятнее всего разместят военных силовиков, тех, что способны наслать на врага смертельный сон или морок, от которого солдаты сами побегут, бросив оружие.
Отметили такие места и тут же послали огневиков разместить там ловушки.
– Повелитель, – склонил голову Дариарх, – можем ли мы рассчитывать на помощь драконов?
– Надеюсь, справимся без них, – я посмотрел на небо. Знал, что, если позову, драконы прилетят, но я слышал их мысли. Они были против войны и моих планов, их природе претит убийство разумных существ.
Я же обрел способность оборачиваться, но внутри остался тем же, кем был – арманцем. И сейчас вздохнул, ощущая кровожадную радость предстоящей битвы. Ориан Ал лишь качал укоризненно головой, когда слушал мои мысли. Порой он напоминал мне старого Риноса, моего наставника Ао. Тот тоже умел одним лишь коротким и грустным вздохом выразить все глубину сожаления за мое неподобающее поведение.
Я знал, что драконы недалеко, даже в человеческом теле чувствовал их, хоть и не так явно.
Отошел от генералов, окидывая взглядом войска. Мы уже видели армию неприятеля, первые шеренги, прикрывающиеся щитами, снежных барсов за ними, конницу…
Я уже готов был махнуть рукой, отдавая приказ атаковать, но тут начались странности. Небо потемнело так резко, что я изумленно вскинул голову. Над нами зависла туча. Огромная, серая до черноты, разбухшая, словно жаба, готовая лопнуть и забрызгать всех тухлой болотной водой.
