Очень жалко тебя, потому что… Это, наверное, сложно. Я ведь никогда не оказывалась в подобной ситуации. И врагу не пожелала бы. Но мне, как матери, спокойно. И ты зря беспокоишься. Я помню тебя с самого детства… Ты была очень светлым, добрым ребенком. Так хотела стать для Стаса с Тёмой чем-то большим, чем просто мешающаяся под ногами кнопка. Ты так самоотверженно бросалась каждый раз доказывать, что взрослая, достойная, а потом… Так горько плакала, если отвергали…"
"Вера говорила, а у Даши сердце сжималось. Впервые кто-то взрослый говорил о том, что она сама считала своей страшной тайной.
— Мы с Соней пытались их вразумить, но это ведь мальчики… Не понимали. А ты… Только храбрый человек с огромным сердцем мог каждый раз с тем самым рвением бросаться в бой за исполнением мечты, еще помня, как больно бьют провалы.
Вряд ли Волошина хотела слез, но они сами выступили на Дашиных глазах. Всколыхнув те чувства, которые, кажется, не остались в детстве, а хранились в душе все это время. Даша постаралась утереть их быстрее, чем начнут скатываться по щекам каплями.
— Ну вот. Расстроила тебя… — Вера сказала с искренним сожалением. Сама потянулась к Дашиной щеке, вытирая одну из дорожек — которую Даша не успела поймать.
— Нет, вы не расстроили, — Даша же мотнула головой, прокашлялась, приказывая себе собраться. — Наоборот. Я… Я как-то думала, что это все моя глупость, а вы перевернули все…
— Что в этом глупого-то, зайка?
— А прийти к нему перед свадьбой — разве было не глупо?
— Глупо было бы не прийти, Дашенька, если сердце просит.
Никто не будет за нас бороться за счастье. Вода никогда не затечет под лежащий камень. И не приди ты тогда… Сейчас мы не сидели бы на этой кухне. Мне бы не за что было сказать тебе спасибо. Мне бы не было так спокойно на душе, когда мой сын переживает слишком сложный развод. Я очень тебе благодарна, девочка, потому что… — на сей раз голос сорвался уже у Веры, но она оказалась куда сдержанней. Просто сделала паузу, горло прочистила, улыбнулась, продолжила.
— Потому что ты не могла придумать момент лучше, чтобы появиться в его жизни. Он летел носом по покосам, а ты подстелила соломку. Он падал с обрыва, а ты подхватила и понесла вверх. Не знаю, откуда у тебя крылья такого размаха, но девочка… Я очень тебе благодарна. И такой, как Дина, ты не станешь. Чем сложнее наш путь к счастью — тем оно ценней. А твой был сложный, я почему-то не сомневаюсь.
Даша не поняла толком, когда перестала дышать.
