Я не увидел ни одной фотографии с ними, и мне очень бы хотелось понять, с чем же это связано. Зато целая стена была посвящена победам девушки, при том, что, когда я укладывал её на кровать, имел возможность наблюдать другие медали в её спальне. Должно быть, там хранились наиболее значимые. Почти все грамоты гордо отсвечивали большой единицей. Фотографии, на которых стояла Алёна на пьедестале, показывали мне серьёзную сосредоточенную девочку, ступенями ниже стояли те, кто занимал места после неё, и их лица светились радостью вырванного призового места, пускай и не первого.
Что-то в этой неулыбчивой девочке было невыносимо трогательное.
Её отношение ко мне по-прежнему оставалось как к пустому месту, меня для неё не существовало, и я не представлял, что нужно сделать, чтобы это исправить. Почти два месяца мы с ней ежедневно виделись, и за это время она не сказала мне ни слова! Мне кажется, если бы её жизнь зависела от стакана чистой воды, что я держал в руках, она продолжила бы умирать, но не попросила бы.
Макс специально приехал в город Н., чтобы иметь возможность действовать мне на нервы лично, а не по телефону. Я был на предприятии, утопая в бумагах и пытаясь понять те аферы, что проворачивало местное руководство в ходе вывода денег, когда этот процесс прервал ввалившийся товарищ.
– Какого хера тебе тут надо? – спросил я недовольно, зная, что ему, скорее всего, просто наскучило в Москве.
– Приехал тебя спасать.
Я выразительно поднял бровь, смотря на него с сомнением.
– Эта девчонка, что бросилась тебе под машину, ты уверен, что всё произошедшее был не хитро спланированный план?
Честно говоря, эта мысль приходила мне в голову в день аварии по пути в больницу, когда я не знал, кого сбил. Сейчас же, слушая слова Макса, мне стало противно от таких предположений.
– Уверен, если это всё, то проваливай.
Макс ещё удобнее утроился в кресле напротив, закинув ноги на мой стол.
– Нет, погоди, ты хочешь сказать, что этой девчонке не нужны твои деньги, уверен, что она не очередная голдигерша, что охотится за твоим кошельком?
Я откинулся на спинку кресла, хмуро взирая на друга.
Он лучше других знал, как отталкивала меня алчность в женщине. Я никогда не заводил даже мимолетных отношений с кем-то ниже меня по статусу и семейным финансам, только ради потехи. Меня всегда бесили охотницы, что крутились вокруг. Правда, выбор девушек одного со мной достатка мало спасал, им тоже нужны были мои деньги.
