Лера подходит комоду, берет с него пижаму, в которой я всегда сплю, когда остаюсь у нее с ночевкой и показывает головой в сторону ванной комнаты. Я молча киваю. Принимаю освежающий душ. На пути в кухню, захожу в детскую Лешка сладко спит на спинке раскинув ножки и ручки в стороны. Маленькая звездочка. Не могу удержаться. Наклоняюсь над кроваткой и целую его в лобик. Как он божественно пахнет маминым молочком. Боже, подари мне такое же счастье. Больше ничего просить не буду! Захожу на кухню. Лера как раз разливает кофе по кружкам.
На столе стоит радио-няня.
— Может, тебе чего покрепче? — вдруг спохватывается подруга.
— Нет, спасибо. Мне Марк уже наливал ликер. Норму алкоголя на неделю за раз употребила.
— А теперь расскажи, что было, — просит Лера. — Марк в подробности не вдавался, но был очень злой. Я давно его таким не видела. Сказал только, что позавидовал Ване, что он первый добрался до Стаса.
— Да, мужчины у тебя — настоящие львы, — улыбаюсь я и рассказываю Лере все, что происходило в клубе.
Ничего не утаиваю. Повторяю слова Стаса. Кажется, они навсегда отпечатались в моей памяти.
Глаза Леры раскрываются все шире и шире. Она напрочь забыла про кофе и мороженное. Внимательно слушает, не пропуская ни слова. Сама не замечаю, что плачу. Слезы просто катятся по щекам. Вытираю их ладонями и делаю глубокий вдох.
— Вот же скотина… — выдыхает Лера в конце моего рассказа. — Как можно быть таким моральным уродом, чтобы поднять больную для тебя тему при каких-то проститутках.
Как мы с тобой не разглядели эту гниль в нем с самого начала. Как у него получалось прятать свое нутро?
— Я сама в шоке Лера. Я никогда бы не подумала, что он опуститься до такого. Я, конечно, понимала, что увижу его в клубе с другой. Но вот так! Шлюхи, откровенные слова, действия. А потом это прилюдное моральное избиение. Что я такого ему сделала, чтобы так меня унижать?
— Ревность — страшная вещь.
— Дак а повод.
— Ну, ты этого не замечала, а я видела, как он бесился, когда на тебя другие парни внимания обращали.
Да и помню тот день, когда вы с Ваней впервые столкнулись после нашего возвращения из Питера. У вас со Стасом тогда конфетно-букетный период был. С братом вы сколько, лет пять не виделись. Ты же знаешь, что он у меня ценитель женской красоты. А ты изменилась. Очень. Ты — красотка каких поискать. Ваня тогда и подзавис на тебе. Взглядом я имею ввиду. Только я тебе этого не говорила!
— А Маша? — выдыхаю я. Вот оно значит как.
