Я недоуменно на него таращусь, пытаясь понять, о чем он, а он продолжает:
— Рад, что не ошибся. Вы можете быть уверены, вас порадует моя щедрость.
Это он что, о высокой зарплате?
И вдруг его взгляд становится сальным и опускается прямо в зону декольте. Меня передергивает, и я радуюсь, что блузка застегнута на все пуговицы.
— Я могу заехать за тобой уже сегодня вечером, ни к чему откладывать, — переходит он на «ты», — но с работой это ты забавно придумала, я почти поверил. Очень убедительно.
Чувствую, как начинают гореть щеки.
Это он что же… это он мне предлагает то самое? Может, я что-то не так поняла?
И в эту самую секунду он протягивает ко мне руку. Четко осознаю: я не ошиблась в своих догадках.
— Олег Данилович, — чуть ли не ору и вскакиваю с места, — стойте, я сейчас все объясню!
Делаю шаг назад и дрожащим голосом добавляю:
— Я пришла просить вас о работе. О работе, а не том, о чем вы подумали!
— Алиса, — вдруг серьезнеет Миронов, — хватит играть со мной в кошки-мышки, я что тебе, мальчик, что ли?
— Но я не играю…
— А про «не безвозмездно» пару минут назад кто говорил?
— Э-э-э, — теряюсь я, — так я не в том смысле.
— Тогда какого хрена ты мне в отеле постоянно строила глазки?
— Я?! Когда? Я просто была с вами вежлива!
— Скажи еще, что помогала просто так.
— Ну, вообще-то, да!
Я мотаю головой, не веря в абсурдность происходящего. Вот уж точно — не делай добра, не получишь и зла. Кто бы мог подумать, что искреннюю помощь Миронов расценит как то, что я нарочно маячу перед ним, напрашиваясь в любовницы? Фу, блин, да мне противно от одной только мысли об этом.
— Алиса, ты думаешь, я поведусь на сказки про бескорыстную помощь? Или, — он вдруг задумывается на секунду и снова окидывает меня сальным взглядом сверху вниз, — это ты так набиваешь себе цену? Не вопрос, я буду очень щедр. Ты станешь жемчужиной моей коллекции, так что я не поскуплюсь.
Несостоявшийся босс в мгновение ока оказывается рядом со мной и набрасывается на меня с поцелуем.
Я с силой отпихиваю его от себя, чувствуя, как меня передергивает от омерзения, и звук пощечины в тишине кабинета звучит оглушительно громко.
Олег Данилович ошарашенно хватается за щеку, где виден отпечаток моей ладони, и багровеет от ярости.
— Ах ты!..
А я больше не желаю его слушать. Меня трясет, я подхватываю сумку, что стоит у кресла, задерживаюсь на секунду, чтобы забрать резюме, и вылетаю из кабинета.
Теперь-то мне понятны и смешки охранников, и взгляд секретаря.
