— Ну как, Арина, конь мой еще не разонравился?
— Еще больше полюбился, боярич.
— Да что опять-то не так? — шутейно сердился Демка.
— Так ведь молчит и не хвастается. — Еще посмеялись чутка и разошлись.
Демка поднял свой десяток на конь и свистнул весело, а Аринке еще и шапкой помахал. И правда, родственная ехидная душа сыскалась для Дёмки в Берестово. А вот Фаддей прощаться с дедом и внучкой не стал, но долго еще оглядывался на Арину, высматривая за забором ее золотую голову.
Тем временем новосельцы оглядывали свое пристанище.
Новый домок невелик, то правда, но уютен и крепок. Сени, большая гридница, две ложницы*. Клеть и подклет*. Печка одна, но здоровая ее труба шла с клети в хозяйские покои и согревала все сразу. Для дровяной экономии решено было поместить холопью семью в просторной клети — и правильно! Одна печь — дров много не надо.
Дед Миша уселся на лавку в большой гриднице и призвал к себе домочадцев. Когда внучка и холопы явились, выдал слово свое.
— Арина, расселяй. Хозяйствуй, — потом обернулся к семье.
— Как звать?
— Неждан, — глухо проговорил горбатый глава холопьего рода. — Сын Лука, жёнка Ульяна, а дочь Настасья.
— Неждан, значит… — дед подергал себя за тощую бороденку. — Ты с сыном до пахоты чтоб все изготовил. Проверь плуги, коней береги. Двор на тебе! Подправь, что надо. Проверю!
Неждан кивнул, потом припомнив, что он теперь подневольный и поклонился.
А дед продолжил свои наставления:
— Арина, по дому сама реши, что надо с Ульяны и Настасьи спросить. Идите, устал я. И вечерять бы пора!
— Сейчас, деда, — Аришка поманила за собой женское население и все вышли в сенцы.
— Уля, ты стряпать можешь? — та закивала часто-часто. — Тогда в клеть и печь топи. А ты Настя пойди в ложницы и лавки стели. Завтра дом мыть, чистить. В мешках возьмете шкуры поплоше и несите к себе в клеть. Одежка тоже есть, но то завтра после бани. Нынче недосуг.
Арина старалась хозяйствовать, но умения особого не было, да и откуда? Ульяна — баба опытная — поняла все сразу и решилась сказать слово свое:
— Арина Игнатовна, мы с Настей завтра все обойдем, поглядим и тебе доложим, а ты уж скажешь, что и куда. Проверишь, так ли. Не серчай, если не угодим сразу, холопами никогда не были. Но за доброту вашу отслужим, не сомневайся.
Так и порешили.
Арина вечеряла с дедом: он охотно пускал внучку за стол, хоть и не по уряду.
