Заеду к тебе через десять минут.
- Вообще-то я не сказал «да».
- А я что - жених у алтаря, чтобы мне это было нужно?
Он кладет трубку, а я, усмехнувшись, плетусь в ванную наскоро принять душ. Пожалуй, эти вечер и ночь лучше и впрямь провести вне дома. Иначе я точно свихнусь.
Наутро удивительно хорошо себя чувствую. Даже удается проспать не до полудня, а всего лишь до десяти часов утра, выпить кофе, закалиться ледяным душем и отправиться на работу. Сегодня на повестке дня два важных дела помимо бизнеса, которым уже давно пора бы заняться вплотную.
Для начала - разговор с юристом по поводу того, чтобы после развода Рита не осталась ни с чем и ни в чем не нуждалась. Когда думаю о том, что сам, по собственной воле совсем скоро поставлю подпись под документами о разводе, становится охеренно тяжело. Поэтому стараюсь представлять все так, словно не имею к этому никакого отношения. Не всегда получается, но хоть на время отвлечься можно.
- Ян Александрович, никаких проблем, чтобы ваша жена получила при разводе все то имущество, что вы обрисовали, не имеется.
Если она, разумеется, не решит отписать его каким-нибудь голодающим детям Африки.
Юрист делает вид, что ему весело, я - невесело улыбаюсь в ответ.
- Это будет уже ее дело. И ее деньги. Своего ребенка я обеспечу дополнительно.
Точнее, нашего ребенка, разумеется. И сейчас так и хочется спросить, есть ли возможность найти лазейку и не разводиться с Ритой по причине того, что она беременна.
Об этом все же умалчиваю. Я ведь принял решение - дать жене максимальный покой. Этого решения и стану придерживаться, что бы ни случилось.
- Хорошо, Ян Александрович, я все подготовлю, - кивает в ответ юрист и, собрав все бумаги, направляется к выходу из кабинета.
А на пороге встречается с… моей матерью. Прекрасно, не придется вечером делать лишних телодвижений и ехать к ней «в гости».
- Лев Михайлович, добрый день, - улыбается она юристу. - Решали дела с Яном?
Мне уже не нравится этот тон.
Как будто мать поняла, о чем именно мы могли здесь говорить, сделала выводы и они пришлись ей по нраву.
- Да, Анна Сергеевна. Но я спешу. До встречи.
Как только за юристом закрывается дверь, на лице матери появляется совсем иное выражение. Она поджимает губы, подходит ко мне и уже собирается что-то сказать, когда я ее обрываю:
- Хорошо, что ты приехала сама. Я собирался сегодня к тебе заехать. Сядь, нам нужно поговорить.
