Она прошмыгнула мимо магистра, уселась на край кровати и принялась раскладывать какие-то одной ей ведомые бутылочки на прикроватной тумбе.
Лорк бросил на меня последний, дарящий поддержку, взгляд и вышел в коридор.
— Ты с ума сошла? — накинулась на меня Ингрид, как только дверь закрылась за магистром. — Попросила помощи у вампира, когда у тебя на руках окровавленный люмен!!!
— Данте не реагировал на его кровь, — ответила я, растерянно проводя рукой по волосам. — Да и Аарон вломился в парк, когда мы с магистром… — я замялась, вспомнив, в какой момент появился брат, — разговаривали.
— Разговаривали они, — продолжая возмущаться, бубнила Ингрид. — Хороши разговоры, что вампир не учуял люмена. Продолжай в том же духе, Рия.
Ведьма отдала молчаливому Акселю несколько отрывистых команд на неизвестном мне языке и вытянула над Аароном руки. Хранитель же взмыл под потолок и принялся накручивать над постелью круги, осыпая нас всех сверкающей пыльцой.
— Что вы делаете? — в испуге подскочила я к бубнящей заклинания Ингрид.
— НЕ МЕШАЙ! — рявкнула на меня ведьма, отчего я на инстинктах сдала назад. — Сядь в кресло, возьми брата за руку и напитывай его солар. Больше ты ничего не сможешь сделать, — ведьма приоткрыла один глаз и глянула на меня. И, видимо, мой испуганный вид пронял её, — Рия, Аксель сейчас очистит раны Аарона, затем приведёт в порядок его одежду. Это его работа, как хранителя. Я же пытаюсь понять, чем таким убойным приложили твоего родственничка, а потом и лечение подобрать.
Я заняла указанное место, но вместо того, чтобы взять брата за руку — положила ладони на его виски. У нас с ним ментальная связь с рождения, вот и буду пробиваться к нему через голову.
— Откуда ты знаешь, что нужно делать? — спросила я, переводя взгляд с летающего над нами Акселя на Ингрид и обратно.
— Ш-ш-ш, — только и шикнула она на меня.
Я послушно заткнулась, боясь, что ведьма бросит своё занятие. Единственное лечение, которое преподавали в учебке — это вливать в собрата-люмена силу, чтобы тот сам себя исцелил.
Но сейчас это не работало. Точнее, работало лишь отчасти — аура Аарона очень медленно, нехотя, восстанавливалась. Но стоило мне перестать поддерживать в нём эту искру — и солар тут же опустошался.
Это пугало меня до холодеющих рук и ног. Ни о чём подобном нам на уроках не говорили. И мне оставалось лишь молиться Лучистой, чтобы Ингрид и Аксель смогли помочь.
