Ты имеешь оперативную подготовку, опыт, и на работе себя зарекомендовал отлично, я звонил к тебе в управление, от Андрея Михайловича тебе привет, кстати… В Грозном тебя вряд ли кто знает, засветиться ты не успел, не то что мои офицеры… Ну, задачу ты понял?
– Так точно, товарищ… – ответил машинально я, запнулся и невольно посмотрел на его погоны без звездочек.
– Генерал-майор, – тихо подсказал мне Виктор Павлович.
– …товарищ генерал-майор, – договорил я и снова встал.
– Тебя вызовут через пару часов, будете разрабатывать легенду прикрытия, не исключено, что «чехи» могут устроить проверку.
А сейчас иди, обедай… Да, и для тренировки заштукатуришь мне мой домик, тебе покажут, где… Чтобы в форме был! – Здесь генерал подмигнул мне, пригладил волосы, усмехнулся, протянул мне руку, коротко пожал мою кисть и вышел. В дверь сразу же с озабоченным видом протиснулся капитан.
«Блин, ну зачем я про его домик подумал, вот невезуха-то! Как подумал, так и случилось! Придется постараться…» Я покрутил головой, вздохнул и сделал печальный вывод о том, что иногда способности оперативника приходится определять по тому, хорошо ли он штукатурит стены…
* * *– Принимайте новичка, мужики! – и с этими словами бригадир, плотный невысокий усатый украинец подтолкнул меня в разломанный проем двери.
Семь пар глаз уставились на меня. Кто внимательно, кто заинтересованно, а кто-то равнодушно глянул и сразу отвел взгляд.
– Сергей Кохалев, маляр-штукатур пятого разряда, – представил меня украинец. – Вот, будешь с Идрисом в паре работать.
– И бригадир указал на мужчину средних лет в аккуратной, несмотря на пыль и грязь вокруг, рабочей одежде.
Моя тренировка на стенке жилища генерала прошла даром. Для того чтобы начать строить, надо было сначала освободить город от развалин, а уж потом браться за строительные и отделочные работы.
Странное и дикое это было зрелище – разрушенный Грозный. Ни одного неповрежденного многоэтажного дома. На весь немаленький город – ни одного! Особенно бросался в глаза разбитый центр, где шли принципиальные бои.
Жилые строения стояли в гигантских кучах кирпича и щебенки, некрасиво и страшно зияя поломанными стенами, разрушенными окнами и проемами подъездов, а рядом, по разбитым тротуарам, текла людская река уцелевших горожан.
Почему-то на улицах было много людей с оружием. В самой разнообразной одежде, только не в форме. Сначала я настороженно косился на парней в джинсах и с автоматом наперевес, но потом как-то привык. Кто это был, я так и не узнал.
