- Но как такое может быть? Где-то она жила и до войны, так почему ее никто не видел?"
"- Возможно, что она была чьей-то наложницей или женой, и ее не выпускали из дома. В войну хозяина могли убить и дом остался без присмотра, тогда и женщина ушла в поисках куска хлеба и заработка. Это лишь предположение, простите, что не смог докопаться до сути, но у меня создалось именно такое впечатление. Красавица сидела где-то взаперти, лишенная свободы. Это совсем неудивительно, учитывая ее внешность.
Ни один мужчина не пожелал бы не только делить ее с другими, но даже позволять смотреть…
- Где караван сейчас? - нетерпеливо прервала Мальина.
- Прибудет в город завтра пополудни.
- Отлично. Вот инструкции, что делать дальше. Прочти и сразу уничтожь. Приставленный соглядатай надежен? Або не заподозрил ничего?
- Нет, госпожа. Мой человек очень ловко изображает влюбленного придурка, в башке которого лишь затащить красавчика в постель. Но все-таки, простите мою дерзость, к чему все эти сложности, если теперь Вам стоит только повелеть, и парня схватят и доставят в ваше полное распоряжение?
- Мужчины, как вы примитивны, - снисходительно улыбнулась Мальина.
- Однако я не собираюсь объяснять тебе свои поступки, и дерзость на первый раз прощу. Все, мне пора, жду завтра к вечеру хороших новостей. Да, и еще - жена оруженосца тоже мне нужна. Не причиняйте ей вреда, я знаю вас, самцов, охочих до чужих красивых жен!
***
POV Герберт
Ближе к полудню наш Макач напоминал гудящий растревоженный улей.
Все свободное население, а в особенности женское, высыпало на улицы, чтоб поглазеть на чужую армию, конным и пешим маршем двигавшуюся к месту временного лагеря, наскоро обустроенного местными властями. Все ожидали прибытия правительственного кортежа из столицы, а некоторые поговаривали, что сама королева намерена лично встретить на границе своего нового верховного генерала Роя Найлза.
Я охранял торговые палатки своего Дома - наплыв покупателей ожидался необычайно большим, и хозяин задействовал всех работников, надеясь получить солидную прибыль.
Отказаться от работы было невозможно, так что я даже не пытался, хотя предпочел бы вовсе не появляться сегодня на улице, и стоял теперь вполоборота к площади, время от времени осторожно вглядываясь в бурлящую вокруг толпу, словно опасаясь и в самом деле увидеть ненавистное лицо Мальины.