Не мог Бруно Берлисенсис на такое пойти!
– Не мог, – как эхо повторила я.
Ни Бруно, ни папа с мамой, ни бабушка, никто из них не мог…
– И главное, нам тоже ничего не объясняют, – продолжал он негодовать, – только туманные, ничем не подтвержденные намеки. Даже ректору ничего не сказали, хотя Бруно был гордостью нашей академии…
И я поняла, что еще немного разговоров на эту тему, и лицо удержать мне уже не удастся. А это такой позор, так недостойно нашей семьи. Бабушка была бы недовольна.
– Фьорд Хайдеггер, вы говорили о том, что хотите мне помочь, – напомнила я.
– Фьорда Берлисенсис, всем, чем смогу, – горячо ответил он, даже попытался приложить руку к сердцу, из-за чего часть книг опять оказались на полу.
Такими темпами знаний мне совсем не достанется – развалятся они по листочкам и унесутся с попутным ветром. А ведь учебники еще и сдавать придется. Боюсь, библиотекарша не оценит, если я попытаюсь ей вернуть сильно сокращенные варианты выданных книжек.
– Помогите мне донести учебники до комнаты, – улыбнулась я по возможности обворожительно.
– А то они такие тяжелые, что я просто боюсь сломаться от их веса.
– Извините, как это я сам не догадался, – смутился он и повернул к лестнице. – В самом деле, такой хрупкой фьорде, как вы, это должно казаться неподъемной тяжестью.
По дороге в общежитие мы говорили о чем угодно, только не о моей семье, и я даже успела успокоиться и начала обдумывать, как бы мне выяснить ситуацию с личной жизнью Мартина. А то потрачу на него время и обаяние, а он окажется давно и счастливо женат.
И к чему он мне тогда? Я – девушка из приличной семьи, мне женатые мужчины без надобности, а времени у меня не так много – только до первой сессии. Но мои осторожные наводящие вопросы отклика не находили, о себе он говорить ничего не хотел. Так мы и дошли до моей комнаты, а я ничего о нем и не узнала. А стоя перед собственной дверью, я внезапно поняла, что пускать его туда ни в коем случае нельзя. Неподготовленный человек и в обморок может упасть от неожиданности, правда падать ему будет мягко, но что он потом подумает о девушке, у которой в комнате творится подобное безобразие?
– Фьорд Хайдеггер, а вам так благодарна за помощь, – защебетала я, обворожительно улыбнулась и попыталась забрать у него стопку учебников.
– Я не хотела бы вас более утруждать.
Но не тут-то было, учебники он отдавать ни в какую не хотел, даже отстранился немного и посмотрел на меня весьма укоризненно.
