Мы не на работе и его появление здесь, это уже откровенный перебор.
Почему проблемы не могут приходить постепенно? Что за отвратительная закономерность, когда все наваливается скопом? Жизнь не дает мне ни единого шанса на спокойную жизнь, будто я перед ней в чем-то провинилась, причем еще до своего рождения."
"Зажмуриваюсь на секунду, выдыхаю, прекращаю себя жалеть и, расправив плечи, иду на остановку. Машина Арифулина несколько метров медленно катится за мной и начинает отставать. Только расслабиться не выходит.
Дамир резко хватает меня за руку и разворачивает лицом к себе. Темный взгляд устремлен прямиком мне в глаза. Очевидно, мой ответ не понравился самому гадкому персонажу Авангарда, и он решил в срочном порядке мне это продемонстрировать.
Его пальцы так сжимают мое предплечье, что становится больно.
— Отпустите! — Требую я.
— А если не отпущу, что будет, Вик? — склонившись ко мне, шипит как змея. — Пожалуешься своему малолетнему чемпиону? — каждое слово больше похоже на удар.
Инстинктивно сжимаюсь и стреляю взглядом по сторонам, только вот никто не станет вмешиваться в эту некрасивую сцену.
Люди оглядываются на нас, равнодушно отворачиваются и спешат по своим делам. Мне требуются все мои силы, чтобы удержать на лице равнодушие, когда внутри все полыхает от ужаса.
— Что вам нужно, Дамир Исламович? — Выдавливаю из себя, слыша, как сел голос.
Арифулин так улыбается, что меня начинает тошнить. Внутренности сплющивает и медленно выворачивает наизнанку. Я снова дергаюсь в надежде высвободиться, но его пальцы лишь сжимаются крепче, наверняка, оставляя синяки на коже.
— Сядь в машину, Вика, — требует он. — Я лишь хочу тебя подвезти. Пока, — добавляет с ухмылкой. — Не хочется некрасивых сцен на улице. Мы же цивилизованные люди, — Дамир разжимает пальцы на моем предплечье, а легкие раскрываются для вдоха, будто он держал меня прямо за них. Я сдаюсь, осознавая, что проблемы реально будут у всех, если сейчас не сделать так, как требует это чудовище.
Киваю Арифулину и направляюсь к его машине.
Продолжая усмехаться, он открывает мне дверь и дожидается, пока я усядусь на переднее сиденье. Дверь захлопывается, и я вздрагиваю всем телом, пока он не видит. С очередным глубоким вдохом вновь беру себя в руки и жду, когда мы поедем. В салоне пахнет кожей, дорогим парфюмом и опасностью. Той, которая улыбается, не повышает голос, но медленно затягивает петлю на шее любимого человека на твоих глазах.
Дамир плавно трогается с места.
