"
"— Если у тебя нет ко мне вопросов, — тренер будто читает мои мысли. — Двигай через медкабинет в раздевалку. На тренировку не опаздывай. У нас штрафы.
— И только смерть является уважительной причиной, — со смешком комментирую я, вспомнив недавнее интервью Лешего.
— Не всегда, — бормочет себе под нос тренер, взмахом руки отсылая меня прочь.
Где заседает местный врач, я помню еще по прошлым визитам. Такой у них забавный коренастый мужичок средних лет. Я его всерьез никак воспринимать не могу. В моем бывшем Клубе врач больше напоминал санитара из психиатрической больницы, и взгляд у него был такой же.
Даже взрослые мужики на всякий случай с ним не шутили, что говорить о пацанах.
Окончательно расслабившись, без стука вваливаюсь в кабинет врача и застываю как вкопанный. На кушетке сидит мальчишка лет десяти в форме Клуба с окровавленным тампоном в носу, а вокруг него крутится изящная и красивая… В белом халате, из-под ворота которого видна горловина красной водолазки. Светлые волосы наспех собраны в хвост, а на столе бежевая сумка с блестящими застежками, на полу чемодан.
— Как же ты так, Тимоша? — Женщина меняет малому тампон.
— Ничего страшного, Виктория Андреевна, — гундосит он. — Это всего лишь мяч на тренировке. Мне даже не больно.
— Мужчина, — улыбается она, а я пялюсь как придурок на ее пальцы без маникюра, на обручалку на безымянном. — Все, иди, — Виктория Андреевна отпускает своего маленького пациента и вопросительно смотрит на меня.
— Третьяков, новый «вингер».
— Да, точно, — устало вздыхает врач.
— Леший… То есть Алексей Константинович говорил. Не стой в дверях, заходи. Я только с самолета, еще не видела твое дело, но раз Гаврилов одобрил, значит все нормально? — Полувопросительно произносит она.
Такая красивая и совершенно растерянная. Кусает губы, стоя вглядываясь в экран ноутбука. Крутит колесико мыши, косится на меня, снова смотрит в экран.
— Третьяков, не надо так на меня смотреть. Сядь, пожалуйста! — Вдруг срывается.
— А «так», это как? — криво усмехаюсь.
— Как на женщину, — заявляет Вика, прекратив терзать несчастную компьютерную мышь.
— Но…
— Никаких «но», Мирослав. Я врач, и на этом мы сразу останавливаемся. Тебе ясно? — засовывает руки в карманы.
Глава 2
Виктория
Стоп, стоп. Сама себя мысленно останавливаю. Из-за нервов и усталости от длительного перелета весь профессионализм резко летит к чертям. По опыту знаю, что лучше осаживать молодых и борзых сразу, иначе потом проблем не оберешься, но не в таком ключе, конечно.
