Мои люди все проверяют. Времени мало, сезон в разгаре. Я не собираюсь его проигрывать. Если Третьяков будет оправдан, он останется. Клуб будет готов подписать с ним новый контракт. У него отличный потенциал, он чувствует игру, и я не буду от него отказываться. Но тебе… — Орлов смотрит мне прямо в глаза, и я ощущаю, как все внутри сжимается. — … Тебе придется уйти, Вик. Я нашел тебе отличное место в Ростове. Профессиональная команда, хороший медицинский штаб. Недалеко, удобно. Либо, — Александр Викторович тянется за бутылкой воды, скручивает крышу, делает несколько больших глотков и продолжает: — Я могу поговорить с главным врачом клиники, с которой работает Клуб.
Это будет достойная работа по специальности, и тебе не придется переезжать. Конечно, ты всегда можешь выбрать свой вариант, если он у тебя есть. Но одно я скажу тебе точно: в «Авангарде» ты работать не сможешь. Это мое окончательное решение.
— У меня есть время подумать? — Тихо спрашиваю у Орлова.
— Неделя. — Он откидывается в кресле. — Потом нам нужно будет закрыть все эти вопросы.
Без шума. Без скандалов.
Я киваю, поднимаюсь и быстро выхожу из кабинета. Мир еще в раздевалке и пока не знает, что я только что потеряла работу, но, кажется, обрела уверенность в себе, потому что мне больше не страшно.
Глава 32
Виктория
Домой возвращаюсь с двумя пакетами продуктов и легкостью в сердце. Конечно, мама все еще здесь и продлевать срок аренды квартиры в соседнем подъезде нет никакого смысла. Она, конечно, решала, даже собирала вещи и ходила туда, но живет все равно со мной, то ссылаясь на здоровье, то никак это не объясняя.
А я стала много времени проводить у Мирослава, поэтому пока вопрос с проживанием мамы остается открытым.
Прохожу на кухню и сразу разбираю продукты. Я уже придумала, что хочу приготовить на ужин. А еще я хочу праздника. Просто так. Сегодня. Нам всем нужно немного хорошего настроения, чтобы были силы решить все накопившиеся проблемы.
Я включаю музыку из своего плейлиста, и берусь за разделку сочного мяса.
Хорошенько перемешиваю крупные куски со специями и отставляю в сторону, чтобы мякоть пропиталась ароматом чеснока, перца и трав.
Мама страдальчески вздыхает, появившись на пороге кухни. Я ее не понимаю иногда. Да, есть проблемы со здоровьем, но мы все контролируем, а она сама себя в старуху превратила, и скрипит, и скрипит бесконечно. Так иногда хочется прикрикнуть на нее: «Все, хватит! Посмотри, какое солнце за окном. Какое небо! Жизнь еще не закончилась!».
