И впервые, наверное, сама Аня почувствовала себя в этом немного Корнеем. Даже мысль промелькнула позволить себе требовательное: «внятно, Алина»…
— Алина, я волнуюсь. Скажи, что случилось. Не тяни… — но Аня смогла справиться, произнесла так, как ожидали от нее — ласково, просительно…
— Детка, мы с Артуром проспали. Я не знаю, как так получилось. Оба будильника не сработали. Это ужасно, Ань. Ужасно. Высоцкий… Корней… Твой Корней ненавидит, когда Артур опаздывает… А сегодня… У них на десять встреча, детка. Высоцкий… Корней… Он ждет отчет.
И если он придет, а Артура нет… Он же его уволит, Аня! Понимаешь? Уволит!
Начавшая говорить более-менее спокойно, к концу речи Алина перешла практически на крик. Без преувеличения, умоляющий и отчаянный.
Аня же… Выдохнула, прислоняясь лбом к стене, закрывая глаза. Потому что… Это самая малая беда, какая только могла случиться.
— Ань, пожалуйста, задержи его как-то. Мы уже собираемся. И такси заказали. Мы опоздаем минут на пятнадцать всего. Если попадем в пробку — на полчаса.
Но пожалуйста, детка, ради меня… Я тебе сделаю, что угодно… Артуру нельзя опаздывать, ты понимаешь?
Алина продолжала тараторить, а Аня чувствовать, как вслед за первым облегчением приходит неудобство, страх, снова тревога, потому что…
— Алин… — Аня оторвалась от стены, посмотрела на нее, различая самые мелкие выпуклости… — Я не могу, Алина. Пойми, пожалуйста… Я не могу ему врать. Нам нельзя.
— Детка… — в голосе подруги не было злости, но очень много просьбы. Настолько, что Аня не выдержала — зажмурилась с силой, сжимая пальцы свободной руки в кулак.
Она знала, как будет правильно. Прекрасно знала, но Алина… Она же столько для нее сделала. Она же действительно подруга. Она же…
— Алина, прости меня. Я не могу его задерживать. Это неправильно. Я не могу водить его за нос. Нам нельзя. Понимаешь?
— Он уволит Артура, детка… Ты же лучше меня знаешь, что он…
— Послушай, Алина. Послушай, пожалуйста, Корней не станет увольнять человека за опоздание. Никогда не станет. Ты права, я знаю его лучше.
Он не такой. Артур ему все объяснит, и он…
— Он даже слушать не станет! Он его предупреждал уже, Ань! Артур часто опаздывает, но сегодня… Аня… Пожалуйста… Это же не ложь… Ты нас спасешь просто. Ему не важно, Ань, а нам…
Не в состоянии спокойно слушать, как ее умоляют, Аня потянулась кулаком ко лбу, прижала, стукнула дважды, жмурясь до невозможности. Ей было очень сложно сделать это, но она…
— Алина, прости. Мне это важно. Корней не уволит Артура.
