Раздался звонок в дверь, и я побежала открывать.
– Отлично выглядишь, котёнок! – радостно закричала я с порога, обнимая Олесю.
– И ты туда же, – закатила она глаза. – Сначала Катька врала, теперь ты.
Я взглянула в осунувшееся лицо подруги и вздохнула.
– Ладно, выглядишь ты отвратно, – признала я, – и это пора менять.
– И я ей об этом твержу, – поддержала меня Катюха, скидывая куртку и отдавая мне охапку пакетов, в которых что-то приятно позвякивало. – Продолжишь в том же духе, волосы начнут выпадать! – пригрозила она Олесе.
– И зубы, – подхватила я.
– Идите вы. Меня жених бросил.
– Это ты его бросила, – напомнила Катюха.
– Потому что он мне изменил!
– Радуйся, что ты до свадьбы это узнала, а не прожив с ним лет этак двадцать! – Я назидательно подняла указательный палец вверх.
Тут же на ум пришёл папаша Пирогов. Жену его я видела, вон она какая пухлая да объемистая. Небось, после родов разнесло. А может, запустила себя, решив, что муж есть, семья есть, зачем с ума сходить да травить себя диетами.
А муж вон он! Чуть классуху собственного сыночка не разложил прямо в классе.
– Кобель чертов! – выругалась я.
– Кто? – хором спросили девчонки.
– Все они кобели! Пойдёмте в кухню.
Олеся с Катькой тут же принялись мыть руки, а я начала выгружать из пакетов принесенную Катькой еду.
– Кать, ну никакого разнообразия, – укорила я подругу. – Опять роллы! Ты же обещала сама приготовить что-нибудь.
– Некогда мне было. Я, между прочим, тоже работаю. – Она возмущённо вздернула нос.
– Ты же ещё в двенадцать из школы ушла.
Я твоё расписание, как своё, знаю на зубок, – напомнила я и тут же ахнула, открыв очередной пакет: – А это что? – Я выудила на свет божий бутылку пива.
– Пиво, как видишь, – невозмутимо пожала она плечами.
– Зеленое?
– Бамбуковое. Японское.
– Ты же знаешь, что я его не люблю. И вообще пиво не люблю.
– Ну, достань что-нибудь из своих запасов, – предложила Катька. – А мы с Олеськой сегодня по зелененькому.
Я закатила глаза, но спорить не стала.
Через час кости Артуру были перемолоты в пыль.
Родьке на этот раз не досталось, потому что он уступил своего место папаше Пирогову. Девчонки хохотали до слез.
– Вам смешно, а я теперь не знаю, что делать. Хоть со школы увольняйся.
– Не со, а из, – поправила меня Катька.
– После твоего зелененького как раз «со», – возразила я.
– Да может, зря ты переживаешь, – попыталась внести позитива Олеся. – Может, он больше и не появится.
– Ещё как появится. Я таких ходоков знаю, – возразила я.
