Ты хочешь взять две? Ну да, не будет же ребенок ходить каждый день в одном и том же, в конце концов, это неприлично. А что там с ценой? Почему вдруг спросил? Знаю, что никогда не интересовался. Сейчас вдруг любопытно стало. Тридцать восемь, говоришь? Это за две? За каждую… Однако… Тридцать восемь тысяч за курточку для шестилетнего ребенка. А за две это сколько же у нас выйдет? Семьдесят шесть. Да, конечно, мелочи, я разве спорю. Что еще? Безрукавочка? Ну да, осенью же бывает тепло, в безрукавке гораздо удобнее. И всего восемнадцать.
Слушай, интересно получается, безрукавка восемнадцать, а куртка тридцать восемь. Это что же, рукава у куртки на двадцатку тянут? Да просто полюбопытствовал. Почему я много о деньгах говорю? А раньше как я о них говорил, меньше? Вообще никак? Удивительно!
Наверняка так и есть. Зачем говорить о том, о чем не думаешь? Какой смысл думать о том, чего у тебя если не в избытке, то, во всяком случае, вполне в достаточном количестве? Вы скажете, так не бывает, денег никогда не бывает достаточно, всегда хочется немного больше, чем у тебя уже есть.
Глупости это все. Чушь несусветная. Нет, конечно, есть такие чуваки, которые спят и видят себя на собственной яхте, которая пусть на полметра, но длиннее, чем у Абрамовича, и чтоб вертолет с фамильным гербом, и чтоб лопасти стразами от Сваровски покрыты. А если на этом вертолете можно со своей яхты на свой остров перелететь, так вообще замечательно. Да, есть такие мечтатели. Из них, конечно, большинство мечтает тихо, сидя на унитазе и разглядывая в телефоне чей-нибудь звездный инстаграм, но есть и такие, кто тратит все силы, да что там силы — всю жизнь на достижение поставленной цели.
Несчастные люди. Имея денег столько, что потратить в принципе невозможно, они из кожи вон лезут, чтобы заполучить еще больше.
Одно дело, когда человек вложил свои миллиарды в акции Apple или, на худой конец, Газпрома, получает свои дивиденды и потихоньку богатеет, не тратя на это ни сил, ни времени. Но когда люди до своего последнего вздоха сидят в совете директоров созданных ими корпораций, это уже болезнь.
Можно понять какого-нибудь ученого, сидящего до ста лет в лаборатории в надежде изобрести что-то гениальное и облагодетельствовать человечество своим изобретением, но кому какая польза от того, что твоя компания открыла еще триста магазинов за год или продала в Китай на сто тысяч тонн алюминия больше, чем в прошлом квартале? Конечно, всему можно придумать логическое обоснование.
