Можно ведь и одним «спасибо» отделаться, ну или бутылкой коньяка в подарочной упаковке. От коньяка Евгеньич тоже не откажется, но ведь надо понимать, что жизнь она такая, непредсказуемая. Порой новые темы подбрасывает, когда ты ее об этом совсем не просишь. И в чью дверь ты с этой темой в следующий раз постучишься?
— Значит, конкурс уже объявлен? — уточнил он у Миткевича только для того, чтобы не стоять молча.
— Да. — Миткевич задрал голову к небу и с наслаждением выпустил вверх струю серого дыма.
— Ты не представляешь, какая там сейчас возня началась.
— Много желающих? — понимающе усмехнулся Трошин.
— Хватает. — Дмитрий Евгеньевич бросил почти целую сигарету в сторону урны, но промахнулся. — Ты представляешь, о каком куске речь идет? Ориентировочная стоимость проекта — семнадцать миллиардов! Семнадцать! Миллиардов! Звучит-то как! — Миткевич восхищенно причмокнул губами.
— Так это же общая стоимость, — в отличие от мэра, Николай докурил свою сигарету почти до фильтра, затем подошел к урне и аккуратно загасил ее о железную стенку, — там же и затраты миллиардные.
А если что-то не предусмотришь? Можно же и в минуса уйти.
— Господи, и за этого скучного человека моя племянница вышла замуж, — притворно вздохнул Миткевич, — хорошо хоть, двоюродная. Коля, очнись! Где ты видел, чтобы при госконтрактах в минуса уходили?
— А что, не бывает такого?
— Бывает, — Дмитрий Евгеньевич хитро прищурился, — но только если контракт по какому-то недоразумению не тем людям ушел.
Вот тогда все бывает. И минуса, и срока, и весь набор других неприятностей. А когда выигрывают те, кто и должен был, там уже все риски просчитаны, и все заложено. И непредвиденные расходы, — Миткевич ухмыльнулся, — и предвиденные. Я так думаю, чтобы этот контракт выхватить, миллиард минимум отстегнуть придется.
— Миллиард? — Николаю вдруг почудилось, что мимо него проносится фура с девятью нарисованными на борту огромными нулями.
— А может, и полторашечку, — пожал плечами Дмитрий Евгеньевич, — десять процентов — нормальный тариф.
Здесь, конечно, сумма большая, пару процентиков могут скинуть, но вряд ли больше.
— Что же тогда останется исполнителю?
— Еще миллиард, а если будет как следует издержки резать, то, может, и поболе того выйдет. Неплохо, да?
— И кому это счастье перепадет?
— Нашел у кого спрашивать, — рассмеялся Миткевич. — Посмотри на меня, Коля. Я мэр маленького городишки и его окрестностей.
