Возвратившись со своей партнершей к столу, Лунин обнаружил, что именинница, начавшая по кругу обходить гостей, чтобы каждому уделить немного внимания, как раз добралась до их края стола.
— Ирусечка, — чмокнула ее в щеку Ольга Дмитриевна, — спасибо тебе, что к нам этого молодого человека определила. Мы с Яночкой просто в восторге.
— Да, хороший мальчик, — согласилась Яна Георгиевна, — пьет, конечно, мало, только губы в коньяке мочит, а так молодец, развлекает нас, как может. — Она локтем толкнула застывшего возле своего стула Лунина.
— Ну же, Илюша, наливайте! Выпьем за нашу Ирочку.
После короткого, но эмоционального тоста, который, к облегчению Ильи, вызвалась произнести Яна Георгиевна, все дружно громыхнули бокалами. Лунин, несколько смущенный от того, что ему приходится стоять в непосредственной близости с именинницей, на которую было обращено внимание собравшихся, залпом опрокинул коньяк в рот.
— Вот, правильно, — одобрила его поведение Яна Георгиевна.
— Это ты, Ирочка, на него так благотворно влияешь. Надо тебе к нам пересесть, а то он так и будет есть всухомятку.
Шестакова ничего не успела ответить на это, по мнению Ильи, совершенно неуместное предложение, как вновь зазвучала музыка и солист выступающей в ресторане группы, уже немолодой мужчина с длинными, по плечи, седыми волосами, торжественно провозгласил:
— А теперь, по просьбам собравшихся в этом зале прекрасных женщин… — Он сделал паузу и, грустно усмехнувшись, закончил: — Белый танец.
И помним, господа, что прекрасным женщинам, а прекрасны, безусловно, все женщины, отказывать нельзя.
Шестакова обернулась, выискивая кого-то взглядом на противоположном краю зала. Илья с облегчением подумал, что сейчас она уйдет и тогда можно будет занять свое место за столом и приступить, наконец, к горячему.
— Ну что, столичный гость, — Ирина неожиданно коснулась его руки, — пойдемте потанцуем.
— Скажете тоже, какая из Среднегорска столица? — смутился Лунин, заметив, как обе соседки по столу внимательно на него уставились.
— Зато из вас гость вполне даже ничего получился, — усмехнулась Шестакова и потянула его в сторону уже собирающихся на танцполе людей."
"Первые аккорды начинающейся мелодии показались Илье незнакомыми, но затем он вспомнил песню. Когда-то, много лет назад, ее напевал, подыгрывая себе на гитаре, его дед.
