— И ты правильно сделал, что не сопротивлялся. Демьян – человек моего отца.
Парень мрачно кивнул. Он итак это знал.
Все в курсе, кто мой отец. И сам Демьян, хоть и не на виду, но и не бессловесная, незаметная тень. С ним предпочитают не связываться, и против него Марк как ребенок.
Но Марк – мой шанс! И Демьян зря сказал, что парня во мне интересуют только связи и деньги отца. Демьян слишком погряз в этом их грязном мире, в котором все покупается и продается.
— По поводу кольца…
— Ты сейчас откажешь мне? – поморщился парень, и я улыбнулась ему.
Покачала головой, и ответила:
— Не откажу.
— Ты согласна? – Марк растянул губы в ответной улыбке, и от глаз поползли лучики морщинок.
Я точно смогу его полюбить! Марк такой солнечный, часто улыбается. Он сможет меня согреть не хуже обжигающего огненной лавой Демьяна.
— Марк, – я придвинулась к нему, заметив, что в аудиторию вошел преподаватель, и зашептала: — я согласна, но нам нужно сбежать. Сегодня вечером. Я поеду в салон, и буду там не одна, за мной приглядывают.
Демьян, Игнат или Костя – не знаю, кто из них будет со мной. Ты приедешь в десять вечера, и будешь ждать за углом, рядом с круглосуточным магазином. Возьми в каршеринг машину, пусть она будет заведена. Я… не знаю, скажу, что срочно требуется проследить за уборкой, и у меня будет минут десять без надзора. Выскочу через дверь для персонала, и мы уедем. А затем поженимся!
Меня переполнили радость и неясное предчувствие – то ли дурное, то ли наоборот, предчувствие успеха. И все вместе смешалось в дикий коктейль эйфории, покалывающей кончики пальцев, как электричество.
— Что скажешь?
— С ума сошла? Зачем бежать? – громко прошептал Марк. — Нам нужно пойти к твоему отцу, и сообщить о свадьбе. Я из хорошей семьи, да, мы у нас нет денег, но я и не ноунейм.
— Я же объясняла тебе, – вспыхнула я. — Тебя просто выставят вон, и нам запретят общаться! Если хочешь быть со мной, если и правда меня любишь, то мы должны уехать отсюда. Сегодня, Марк!
Я отвернулась, и принялась слушать задание, которое диктовал преподаватель.
Зачет письменный, предмет я знаю. Вырвала листок из тетради, и принялась строчить, вытаскивая из памяти изученную пару месяцев назад тему.
Неужели Марк откажет?
Конечно, у него семья, подработка. А тут я с требованием бежать, как в цыганской песне. Но Марк знает мою историю, знает, что отец не отдаст ему меня. Он выберет мне худшего мужа из возможных – какого-нибудь пятидесятилетнего головореза, у которого было несколько ходок на зону.
