Скоро раздался шум воды, и я смогла немного расслабиться. Сбросила одну подушку на пол, как и плед, чтобы Демьяну было удобнее спать. Скинула одежду, и закрыла глаза.
— Боже, скорей бы все это закончилось! – прошептала, жалея, что не умею молиться.
Отец в Бога не верит. Мама тоже говорила, что никакого доброго старца на небесах нет. Да и я верю лишь в себя, и именно в этот момент решила:
Хватит!
Не хочу такой жизни! С погонями, перестрелками. С убийствами. Не хочу быть вещью, которую можно заставить делать то, что хочет мужчина по праву сильного.
А отец рано или поздно отдаст меня одному из таких, как он сам, и как Демьян.
Я выйду за Марка! Он нравится мне, а со временем я полюблю его.
Да! Мы поженимся и сбежим. Или сначала сбежим, а потом поженимся. И отец ничего с этим не сделает. Лара уже взрослая, ей моя опека не нужна больше, я лишь раздражаю сестру.
Дверь тихо хлопнула, Демьян вышел и душа. Я почувствовала запах хвои и полыни.
— Это еще что? Алина, – позвал он, но я не открыла глаза.
— Я знаю, что ты не спишь.
— Что такое? – спросила я.
— Это я у тебя спрашиваю, – усмехнулся мужчина, и кивнул на пол: — Это что за хрень?
— Я тебе постелила, – пролепетала.
— Я сплю на кровати, – отрезал он. Я села, прижав одеяло к груди, и Демьян добавил: — Ты тоже спишь на кровати.
— Но…
— Я так сказал. Не беси меня, и не спорь! – бросил мужчина, и опустился рядом со мной.
Я знаю, что он голый. Просто знаю, и все. И это будоражит. Ладонь еще помнит прикосновение к его члену – твердому, налитому кровью, бархатистому наощупь.
Сглотнула вязкую слюну, и еле сдержалась, чтобы не застонать.
Да что со мной происходит?
— Демьян, – ахнула я от неожиданности, ведь всего секунду назад мужчина лежал на расстоянии вытянутой руки от меня, а сейчас он нависает надо мной. — Ты что?
Он не ответил.
Вместо этого он обжег меня своим дыханием, и прикоснулся своими губами к моим. Без нежности, с напором, сминая мой рот своим.
— Нет, – промычала я, и попыталась оттолкнуть его.
Уперлась ладонями в его плечи, и впилась ногтями, царапая кожу.
— Давно этого хотел. А то, что я хочу, я получаю, – хрипло произнес Демьян, на миг оторвавшись от моих губ, а затем снова впился в них.
Это не поцелуй любви, это поцелуй-укус. Он пожирал мой рот, поглощал меня. Протолкнул свой язык, который встретился с моим, и я сдалась. Перестала молотить его по плечам, а приняла мужскую тяжесть на себя, смирилась.
И вспыхнула.
