Откуда только такая взялась?
– Правильно, Арман. Я совсем тебе не подхожу, – соглашаюсь, отвернув голову.
Вот оно и прозвучало. И почему меня это совсем не радует? А даже что-то щиплет в глазах?
И вообще. Я тихая. Спокойная и рассудательная.
А если кто-то и подорвал во мне мину, прежде спящую так мирно, что я о ней даже и не подозревала, то это он сам!
– Нам лучше расстаться. Ты ведь привык к другим.
– Знаешь, мне даже не хочется тебя приручать.
Мои глаза шокированно округляются, когда Арман просто валится на бок рядом.
Давая мне наконец передышку от этих диких искр, что способны подпалить спальню не хуже кухни.
Правда, полной грудью вздохнуть удается недолго.
Его огромные ноги тут же оплетаю меня, прижимая к себе.
– Я для тебя что? Забавная зверушка?
Черт, ну вот снова не могу я вовремя прикусить язык! Сейчас сама же окончательно все и испорчу!
– Забавная, – хмыкает мне прямо в ухо, потираясь легкой щетиной, а меня от одного прикосновения потряхивает.
– Забавная. Моя.
Дикая. Никкккка.
И почему от этого « моя» я начинаю млеть?
– Можешь царапаться, – обхватывает мою грудь рукой, зажимая сосок, и мне уже совсем не хочется ничего доказывать.
Это я дикая кошка? Да я скорее подтаявшая мороженка! Которая готова стечь ему под ноги со всей своей женской сладостью!
– Но на лопатки ты меня можешь положить только одним способом.
Резко дергает на себя, переворачиваясь на спину.
Упирается мне между ног ждадно дергающимся членом.
Зарывается всей пятерней в волосы, начиная буквально пожирать губами мои соски.
– Только таким, Никкккка. Я даже дам тебе над собой власть, если хочешь. Возможность делать все, что тебе угодно. И между прочим, это первый раз, когда я позволяю такое женщине. Наслаждайся моментом. Я весь твой.
– Я не об этом, – черт, ну как ему удается.
Приходится прикусить губу, чтобы вернуть себе остатки мыслей. Потому что голова уже кружится окончательно. А слова как-то вылетают из нее. Напрочь.
– А о чем?
Его руки опускаются ниже.
Прощупывают каждый позвонок, заставляя меня откинуть голову и тихо застонать от наслаждения.
Ощущение, будто меня разбирают на запчасти. Но так нежно, так сладостно, что сил нет терпеть, и я уже не сдерживаюсь. Стону в голос. Сама не замечаю, как мои губы оказываются на его груди. Спускаются вниз под рваное дыхание Армана.
– Ведьма, – цедит он, выдыхая слова со свистом сквозь сжатые зубы.
– Ты самая настоящая ведьма, Никкккка.
