С его помощью Алеша приподнялся и сделал несколько торопливых глотков.
– Еще пить, – попросил он.
– Подожди, малыш, – Алла боялась, что с большой порцией воды слабенький организм не справится, – чуть позже попьем еще.
Он расплакался, горько и безутешно. Как рыба, вынутая из воды, ловил обескровленным ртом воздух. Алла разрывалась между жалостью к ребенку и страхом ему навредить.
На пороге бесшумно возник Борис Кузьмич с уставшим, но умиротворенным лицом. По тому, как Максимка засиял, Алла поняла, какая крепкая у маленького пациента любовь к спасителю.
Могучий доктор улыбнулся ему в ответ.
– Как дела, Максимка?
– Ништяк, – он, не отрывая глаз, глядел на свое божество, – жду протез.
– Так держать! – Борис Кузьмич кивнул. – В четверг поедем к профессору на примерку.
– Ладно.
– Не ладно, а «есть», – поправил хирург, – ты ж у нас бравый солдат!
– Есть! – Максимка приложил ладошку к покрытой ежиком голове.
Хирург подошел к кровати Алеши и с сочувствием посмотрел на ребенка. Алле стало стыдно.
Словно это она довела бедного мальчонку до такого плачевого состояния.
– И как мы? Приходим в себя помаленьку?
– Пи-и-ить, – тихо пропищал Алеша, заглядывая сквозь слезы врачу в глаза. Удивительно, но громадного доктора он, как и Максимку, не испугался – было такое ощущение, что панический страх в нем вызывали лишь женщины.
– Голубушка, – не оборачиваясь на Аллу, с укором произнес Борис Кузьмич, – почему не поим ребенка?
– Б-боюсь, – она начала заикаться, – в-вдруг в-вырвет.
– Не бойтесь, – Борис Кузьмич отогнул край одеяла и внимательно посмотрел на ногу Алеши, – времени много прошло. Пусть ребенок попьет.
Алла торопливо открыла крышку поильника, налила из бутылки воды, расплескав половину, закрыла и поднесла к сухим губам. Алеша, не глядя на Аллу, впился обеими ручками в чашку и уже не выпускал ее.
Врач вернул одеяло на место и, не сказав ни слова, стремительно вышел из палаты. Алла бросилась вслед за ним.
– Борис Кузьмич!
Он нехотя остановился и обернулся.
Только сейчас, когда завотделением стоял перед ней при свете дня с устало опущенными плечами, Алла поняла, как много ему лет: шестой десяток давным-давно успел разменять.
– Борис Кузьмич, – Алла сделала несколько неуверенных шагов к нему, – как все прошло?
– Неплохо, – он мотнул головой, – насколько это возможно.
– То есть…
– Скажем так. Все вопросы решить не удалось. Пока преодолели первый этап.
– И… что… дальше…
– Будем бороться.
