Я сначала растерялась, но представила, сколько ночей они будут трудиться над собственными детьми, и уже предвкушающе пускала чёртики из-под ресниц. Русал и мой Тассиль восхищались мои девочками, Али и Сиониссом. Пауки, что папа, что сын, их насторожили своей темнокожестью. Но я так нежно целовала что одного, что другого, что все оттаяли и понемногу стали просить подержать малышей.
О нашем возвращении вскоре узнали все: пришёл свёкор, сурово прижал сына к себе. Внук был отобран и прижат к дедовской груди.
— Мы отогнали людей от Долины, — рассказывал он, — Много не надо было даже! Пару десятков убили, остальные сами сбежали.
— А тот капитан стражи, что отпустил нас в Тамриссе, он тоже был здесь? — спросила я, отчаянно убирая глаза от жадного взгляда свёкра.
— Он был здесь ещё до наступления человеков, — оскалился Ранасс, — Он и увёл их, сказав, что видел наследника ястребов.
Мы посмотрели на Али. Наше чудо похлопало чёрными глазками, протянуло ручки к Рану и сказало «Па!».
Я умоляюще глянула на своего лиса. Тот без вопросов взял его на руки, и тут же от него поплыло тепло по связи. Да, малыш просто копия сайна, даже странно. Но с моими золотыми волосами, что Рану нравилось больше всего.
— Я займусь Лоэном после рождения детей! А пока помогите с переездом!
Орчихи и охотницы охотно помогали привести мой Замок в жилой вид. Заправляли кровати, вешали шторы, клали половики из шоора и плетенные из шерсти.
В центральной башне целый этаж был отведён на детские комнаты. Там было много ещё не занятых комнат, пригодятся скоро, улыбнулась я. Пока детей поселили в одной общей комнате, уложив каждого в свою персональную кроватку. Только мы отвернулись, как они уже по парам поделились и лежат девочки в одной кровати, паук и лунн — в другой, Али и сын Ирри — в третьей.
— Не иначе как у отцов своих взяли моду! — задумчиво сказала я.
Мужья тут же пошли в Башни — выбирать себе отдельные хоромы.
Тут тоже поделились по симпатиям и интересам. Лунн и Тадалл заняли одни покои, призывно сверкнув мне глазами. Я намёк поняла, мысленно прикинула, насколько же они соскучились. О-о-о! Настолько?
Иссаэлл и Тассиль поселились с сайнами вместе. Ирнанн — с горгоном и Рашшем. Манрокк выбрал верх третьей башни и сейчас сидел там неподвижной скульптурой в своём втором облике. В той же башне поселились и боги.
