Проснулась как раз вовремя: мы достигли эпицентра бури. Только мои чары не давали нам улететь как щепкам, подхваченными ураганом. А центр был в небольшой снежной долине, её уютно окружали скалы, в центре стояла острая стела, вокруг которой смело весь снег. Да и траву тоже вырвало совсем. Одна голая земля, алтарь, три придурка в чёрном и звезда из жертв. Жертв было пятеро, все, бедняги, голые и порезанные под хохлому. Отсюда не видать, мужские то особи или женские, просто белеет человеческое тело и всё.
— «Что будем делать, моя богиня?» — спросил Трой.
Я так опешила, что он спросил моего мнения в очередной заварушке, что ляпнула первое, пришедшее в голову: «Устроим им небольшое землетрясение и упадём просто с небес на них!»
Трой был не против. Я прищурилась, всмотрелась в сцену возле стелы. Та-ак, тряхнём вот тот пятачок, где стоят мужики в чёрном, а этот участок, с жертвами который, защитим заклинанием. Стела… Уходит глубоко вниз, врезается в магическую жилу. Перекроем… Пока не заметили, надо начинать.
Дала отмашку своим, тряхнула землю. Балахоны попадали, как кегли! Есть! Теперь туда! Горгоны со злобным шипением налетели на мужиков. Те сразу щиты выставили. Пф! И они лопнули. Как мыльные пузыри! Магия-то того, ушла!
— Одного хоть оставьте! — крикнула я. Трой вытащил из кучи одного из колдунов, толкнул ко мне."
"Я сползла с кентавра, кинула наспех придуманное заклятие сетки на свою будущую жертву и пошла к пленным. Пять тел разной степени травмированности, все мужчины, несомненно.
Их признаки так сказать, сильно замёрзли, но указывали на принадлежность к сильному полу. В том куполе, что я поставила над нами, воздух стал стремительно теплеть. О-о, зашевелились. Теперь полечу их. Трой заметно напрягся. Чего он? Спросила по связи. Кивнул на одного из них. Подошла ближе. Хорошо сложен, самый сильный из всех, ведь он не только дышал, но и был в сознании!
— Кто он? — спросила вслух. Специально, чтобы мужчина с серебристыми глазами, которыми пронзал нас обоих как кинжалами, слышал.
— Давний враг, милая! — сказал Трой и довольно обошёл пленённого. Пока они переглядывались и как-то телепатически решали свои проблемы, я перешла к ранениям на теле ожившего. Моя кровь тёплым, золотым ручейком скользнула ему на грудь, стекла на живот. Пусть и с порезами, с синяками и кровоподтёками, но торс мужчины был просто совершенством! Сильный, рельефный, гладкий. А его достоинство было о-очень внушительным. Опомнилась я только от злого рычания Троя.
