Когда мы вышли из пещер, ветер так яростно взвыл, что мне показалось… слово. Да ерунда наверное! — отмахнулась я и стала гладить свои царапины на крупе белого вождя. Тот довольно сопел и всё подгребал меня поближе к себе.
— Таи, милая, что ты слышала? — присел возле нас Трой. Его глаза так сверкали… А губы манили своей сладостью… Извинилась перед Белым снегом и тут же повисла на своём божественном супруге. Может он и хотел услышать ответ, но не сейчас, когда я сама изъявила желание.
— Что? — собрала я глазки в кучку.
Трой был серьёзен как никогда, даже не улыбнулся на мой растрёпанный вид после наших поцелуев, — Что я слышала? Ну-у, это было похоже на Зов… Будто зовёт кто-то. Что-то вроде: «Сила моя, приди-и!» — провыла я.
— Вы понимаете, что это значит? — я помотала головой. За мной и остальные. Трой с Дилоосом переглянулись тревожно, — Это Обряд, Таи! Кровавый Зов. Колдун с тёмной силой, как тот Санталь в Долине, он вызывает тварь из Бездны ради магии. То, что ты уже существуешь и заведуешь всей магией, он не знает.
И это наш шанс убить его и помешать ритуалу!
— Трой… Но там ведь буря… Мы ведь не пойдём туда? — жалобно заканючила я. Муж невесело усмехнулся, прижал меня к себе.
— Ритуал не будет длиться долго, моя Богиня! И жертвы, что сейчас истекают кровью, долго не проживут.
— Ж-жертвы? Там кого-то убили? Да я… я этому магу придурочному! — поймали меня, поставили рядом с кентавром.
— Магия, милая, магия. Зачаруй всё нам по максимуму. Тебе что-то надо для этого? — я задумалась, хватит ли моих сил.
Должно в принципе. Горгоны такие в этом плане зажигательные…
По очереди подходила ко всем своим мужьям, к нашему общему удовольствию чаровала на них защиту всех мастей. Шарри прижал к себе, его достоинство рвалось наружу. Задышала бурно. За ним ту же хохму все проворачивали по очереди. Последним чаровала русала и Снега. На кентавре сломалась, терпение с треском лопнуло, и я уволокла его в угол. За щитом непрерывно скреблись и напоминали о ритуале, колдуне и жертвах.
А мы с белым кентавром пытались стать снова одним целым. Нелегко это, скажу я вам… Пришлось начаровать этакий пандус, как ложе в пещере. Белый снег сперва боялся и сдерживался, но когда я прошипела такие парочку ругательств, что у него от смущения даже копыта заалели, стал смело и сильно подаваться вперёд. О-о! За его раз моих было три… Просто безумных!
Посадил вялую, но сияющую меня себе на круп и мы вышли в пещеру.
— Вперёд! Счас мы ему наваляем… — и заснула.
