Мол, не знаю, где была твоя рука, но доверяю тебе и приветствую.
– Райончик у нас спокойный, но расслабляться-то нельзя! Вот, к примеру, соседи мои. Одиночка с ребенком. Запущенный же пацан, безотцовщина. Того и гляди, пойдёт по наклонной. Я пробовал было по-соседски помочь парню, так не прислушалась.
– Сознательный вы гражданин, вижу, – кивнул участковый, раскуривая папироску.
– Я -да. И законопослушный. А вот соседка моя, гражданка Остроухова, нет. Скрывает доходы от государства. Оказывает услуги населению в свой карман.
– Услуги в свой карман? Это какие же? – заинтересовался милицейский.
– Обучающие. Репетиторствует она, знаете ли. Незаконно обогащается.
– Вот как? – милиционер прищурился. – А заявление на неё написать не хотите ли? С указанием своих имени-фамилии? А то ведь как нам её прижать?
Алексей слегка стушевался:
– А без этого нельзя? Она же узнает, а это небезопасно может быть. Нанесет мне физические увечья, или ещё какие преступные действия совершит. Асоциальный же элемент.
– Асоциальный? А ты, значит, социальный, да?
Участковый резко отшвырнул недокуренный бычок.
Лёха не сразу понял, что концепция поменялась.
– Слушай, ты, ано…ним, – милиционер начал медленно наступать на Лёху. – Остроухову Анну Викторовну ты оставляешь в покое. Не твоё дело, с кем она русским языком занимается. И от пацана её отстань.
– Да у вас… у вас преступный сговор! – осенило Алексея. – Её милиция крышует. Наверное, выручку делите.
Он бочком-бочком ушёл от оборотня в погонах, добежал до своего подъезда, рванул на себя дверь.
И тут на него выпал мальчишка, Колька. Один из тех, что к соседке ходят к экзаменам по русскому готовиться.
– Извините, – вежливо сказал мальчик. Потом радостно помахал участковому:
– Привет, пап! Давно ждёшь?
– Да не, пришёл только. В машину иди.
Лёха вздохнул и прошмыгнул в подъезд. Не тому служителю закона он свою гражданскую позицию излагать взялся, не тому. Здесь явно рука руку моет.
С того дня появилось у Лёхи желание добиться справедливости. Привлечь соседку за коррупцию и за оказание незаконной предпринимательской деятельности.
А что, он узнавал, есть такая статья закона, что услуги населению надо оказывать только легально. Были 90-е, и на такие условности мало кто смотрел, времена стояли тяжелые, народ зарабатывал, как умел."
"Лёха в своей деятельности зашёл далеко – написал анонимное письмо в РОВД, указав, что не может указать своё имя, поскольку боится преследования участкового, подкупленного Остроуховой.
