Я тебе устрою… Ты у меня еще узнаешь, что такое настоящее пиво!
- Но я бы хотел иногда смотреть на сам процесс. Вы позволите? – вдруг попросил Мортимер. – Уж если вы приступили к делу, то наверняка сможете рассказать: на каком этапе оно сейчас?
- Естественно, вы можете наблюдать за процессом, - милостиво позволила я, а потом с самодовольным выражением лица сказала: - На данный момент происходит томление солода. Проросшие зерна находятся в теплом месте. Выдержка соложеного сырья при высокой температуре – это промежуточная стадия между проращиванием и сушкой.
Я не стала говорить слово «ферментация». У Мортимера и так на лице отобразились все чувства, которые он испытывал. Шок, неверие и, я бы даже сказала неприятие. Ну еще бы! Такие словечки из уст женщины!
- Вы сумели меня заинтриговать… - наконец вымолвил он. – М-да, такого я точно от вас не ожидал.
- Да, и я тоже, - произнес следом за ним доктор. – Чудны дела Твои, Господи…"
"- Давайте выпьем за наш спор? – Мортимер плеснул вина по кружкам.
– Это будет интересно!
- Обещаю, - я прикоснулась своей кружкой к его: – За мою пивоварню.
А на деревню уже опустились густые ароматные сумерки. Музыка стала еще задорнее. С поляны, где отплясывали местные, доносился веселый смех, и Кристофер протянул руку моей кузине.
- Потанцуем, мисс Френсис?
- С удовольствием! – девушка вложила в нее свою хрупкую ладонь. – Я так давно не танцевала!
Они ушли, а мы с графом молча наблюдали за весельем, наслаждаясь теплым вечером.
Внезапно Мортимер прикоснулся к моей руке и тихо сказал:
- Не поворачивайтесь, леди Анжелика. Сидите в этом же положении.
- Что случилось? – я услышала в его голосе напряжение и испугалась. – Ваше сиятельство, что такое?
- Здесь тот полицейский, которому Лерой Саффолк описывал вас. Скорее всего, он напал на ваш след.
От этих слов у меня внутри все похолодело. Только не это… Мы с Френсис только расслабились, только почувствовали вкус к жизни!
- Где он? – шепнула я, боясь лишний раз пошевелиться.
- Идет сюда, – Мортимер пристально посмотрел на меня. – Леди Анжелика, я заранее прошу простить меня.
- За что? – я недоуменно взглянула в его красивые глаза. – Я не по…
Но граф не дал мне договорить. Схватив меня за плечи, он впился в мои губы поцелуем, сминая легкое сопротивление своим напором. Шок от поступка Торнтона быстро прошел, потому что его аромат и его тепло окутали меня со всех сторон, лишая воли.
