В горле пересыхает, но мыслей сдвинуться с места даже не возникает.
Наконец девчонка, чувствуя мой взгляд, замирает, словно испуганный кролик, и медленно поворачивается ко мне. В широко открытых аквамариновых глазах плещется страх и вызов. Маленькая ведьма точно не желает мне покориться и смириться со своей участью. До нее еще не полностью дошло, что вся ее жизнь изменилась. Неважно, кем она была там, хоть принцессой, теперь она принадлежит мне и только мне. И после того, как сбудется пророчество Йорун, я остальным, возможно, и позволю выкупить свою волю, если у их родных найдется достаточно золота, но только не ей.
Она останется тут, со мной. И точка.
Улыбаюсь своим мыслям, окидывая пленницу пристальным взглядом. Пока мне доступно лишь сие удовольствие, трогать ее еще рано. Она мило краснеет и опускает густые ресницы. Это насколько ж я был слеп, что принял ее тогда за мальчишку, видимо Сван полностью прав, и девчонка нам просто заморочила голову. Хотя, надо заметить, что какое-то несоответствие меня терзало с самого начала, но заморыш был столь незаметен и так жался к старшим товарищам, что разглядеть его получше удалось спустя лишь время, а тогда она посмела сбежать.
Скрипнув от злости зубами, вконец пугаю Гвендолин, и она начинает пятиться назад, пока не наталкивается на ведро с водой и не опрокидывает его на пол, а затем и падает сама.
Грохот металлической посудины оглушительно звучит в переполненном людьми зале. Малышка вскакивает и принимается торопливо собирать воду тряпкой, ей на помощь кидаются и другие женщины.
Санна, нахмурив брови, уже откладывает большую деревянную ложку, которой помешивала рагу, и делает шаг вперед, но я предупреждающе качаю головой, и сестра, пожав плечами, возвращается к своему занятию.
Затем обхожу суетящихся женщин и иду к своим воинам. Они уже вольготно расположились за столами и даже успели выпить пару кружек меда. Я отказываюсь от хмельного напитка, предпочитая сохранить ясность мысли, и принимаюсь выслушивать подробности того, о чем не смогла рассказать Санна.
– Они приходили лишь единожды, – вытирает седые усы Бригер. – Утащили Вилмара, который, перепив, уснул за воротами, не добравшись до дома, и у Анитре младенца, но тот был совсем плох, родился раньше срока.
– Больше жертв не было? – скриплю зубами.
Меня злит то, что я не могу защитить своих людей, несмотря на силу, дарованную мне Уном. Уничтожаю одних – появляются другие.
