Но кому она объявлена, спросите вы? И почему Великий Генту решил, что его отца, мать и сестру убили? Об этом скажет знакомый многим из вас сен-шангер, — и Киримэ указал на Янни.
Ноги Янни примерзли к полу. Не этого он ожидал.
Впрочем, таку-шангер еще не закончил.
— Этот достойный всяческого уважения юноша, вернувшись с расследования катастрофы, объявил хатамо-ротатамэ! Подумать только! Ротатамэ! — как бы удивленно покачал головой старик. — Если кто не помнит, а, боюсь, мало кто помнит, это обряд дает шангеру время решить — достоин ли его сюзерен доверия.
Не нарушил ли сюзерен клятву верности по отношению к шангеру!
Голос старика гремел над притихшим залом.
— И он был прав. Он имел право усомниться. Сейчас вы узнаете — почему.
Таку-шангер требовательно протянул ладонь к Янни.
Тот медленно достал из внутреннего кармана форменной куртки некую блестящую фигурку и положил на ладонь начальнику отдела случайностей. Тот, держа ее двумя пальцами, поднял фигурку над головой.
— Поистине, такое бывает раз в столетие. Смотрите. Эта бронзовая фигурка похожа на родовой знак господина Чженси, который обычно кладут на место смерти личных врагов. Но это не она. Есть еще одна фигурка, которая известна немногим — знак одной из Ветвей Черного Древа! Эта фигурка оплавилась в огне пожара и изменила свою форму. Потому-то достойный сен-шангер принял ее за родовой знак Хёгу-шангера.
Шангеры внимательно слушали.
— Но это не так. Это знак Ветви Черного Древа — и это знак нам. Черное Древо открыто оказало нам честь, — голос старика издевательски заклекотал, — оказало честь предупредить о грядущем нападении. Вчера вечером мы проверили — нападение ханзаку произойдет не позднее трех дней от дня нынешнего.
Таку-шангер помолчал.
— Они накопили горы оружия. Они готовы пустить в дело самое жестокое древнее оружие, то, которого боялись даже наши предки. Но нам есть, чем им ответить.
Готовьтесь к войне. Будьте готовы отдать жизнь за наш город! Прошедшей ночью Хёгу-шангер и главы всех дейзаку приняли Общую Верность. Отныне ни один человек любого дейзаку не имеет права поднять руку на человека другого дэйзаку. Помните об этом. У нас есть общий враг! Никаких ссор, никакого пустого соперничества! Общая война — общая верность!
Люди Шангаса при Водоеме вскочили и сцепили руки перед грудью.
