Я не знаю, зачем их так уродуют, но в природе все имеет причину. Даже такая… любовь.
Игон вырвался.
— Любовь? — он оттолкнул девушку. — Что ты знаешь о любви, женщина! Тебе никогда не понять… — Игон скрипнул зубами. — Все вы, самки, только и мечтаете помыкать нами, воспользоваться и выбросить. Вы, все! Что вы знаете о любви? О чувствах?! Я работал как проклятый, много лет, и дослужился лишь до сраного мю-4, а ты переспала с какой-то шишкой и вуаля — уже гамма. Вам все достается легко, вы привыкли быть в центре внимания, наслаждаться нашими муками! Олени дерутся за право продолжить род, гибнут, калечат друг друга, а вы, самодовольные, щиплете травку и ждете, выбираете, кого наградить случкой… Ненавижу… — он потянулся за бластером, висевшим на поясе Глен.
— Дай мне оружие. Эта волосатая тварь изуродовала своего сородича и скоро примется за нас. Я не дам ей полакомиться человечиной.
Глен потрясенно взглянула на спутника.
— Ты сошел с ума?!
— Дай мне бластер, сука!
Он попытался выхватить оружие из кобуры на боку Глен, но та, внезапно, со всего размаху, влепила Игону такую пощечину, что геолога отбросило на пару метров.
Он упал на камни, судорожно стиснув горло. В стороне, медленно, как во сне, падал респиратор.
— О, боже… — Глен рухнула рядом с напарником. Схватила прибор, попыталась соединить порванный шланг. — Игон!
У него мутилось в газах. На уровне моря давление было гораздо выше, чем в горах, сказывалась малая гравитация спутника. Ядовитый воздух рвался в легкие.
— Дыши, мать твою! — кто-то прижал к его лицу респиратор. Игон судорожно вдохнул одуряюще вкусный, сочный кислород, и его скрутило в жестоком приступе тошноты. Глен на миг отняла респиратор, чтобы самой сделать вдох.
— Доигрался? — от ярости её трясло. — Доигрался, гей вонючий?!
Она вновь прижала маску к лицу Игона.
— Что дальше?! Что дальше, я тебя спрашиваю?!
В десятке метров от них тихо шипело пропитанное углекислым газом море. Океан минеральной воды. Серая равнина смерти.
Краем глаза Глен заметила, как из моря выбралась проклятая паучиха, толкая передними ногами что-то вроде тележки с антеннами. На миг девушку захлестнуло непреодолимое желание выхватить бластер и поступить так, как хотел Игон, но она страшным усилием воли поборола безумие.
— Причина драки? — спросила Яхтырлы, остановившись возле людей. Игон принялся что-то кричать, яростно размахивая кулаками, но Глен отняла респиратор, и геологу пришлось умолкнуть.
