— Ветер нам поможет! Мы должны скрыться от альхеймов и принести королю важное известие! Теперь мы знаем, что враги охраняют проход в Западное море!
— Бежать? — не понял Милга Кормчий. — Ты, дурак грамотный, молчи уж.
— Молчи уж! — поддакнула Рульфина, которая даже вытащила меч. — Слушай Милгу!
— Тролх Копьеносец, не позволь мне утонуть! — прогудел Влор.
— Не позволь нам утонуть! — хором повторили все.
— Вы что, собираетесь сражаться?! — чиновник подскочил в Влору, схватил его за могучие плечи, чтобы хорошенько встряхнуть, но лишь затрясся сам.
— Это предательство! Король ничего не узнает, и пошлет еще одну ладью! Без пользы для дела погибнут новые воины!
— Думай о Халгявве, дурак! — Влор отпихнул Тиониса и чиновник повалился на мокрое дно ладьи.
Воины снова взялись за весла и вскоре сблизились с врагами. У каждого в глазах читалось радостное ожидание пира, вечного пира в Халгявве. Тионис с тоской припомнил, что согласно легенде, погибшая в бою женщина присоединяется к сонму небесных дев.
Конечно, воины сражаться с бабами не станут, но альхеймы-то ничего о Тролхе не знают, у них другие представления о мироздании. Господин канцлер просил Тиониса по возможности разузнать что-нибудь и об этом… Все пошло прахом: мечта открыть проход в Западное море, мечта увидеть на горизонте поднимающиеся к небу воды, мечта побродить по летним, оставляемым осенью поселениям альхеймов. И многое, многое другое. Все.
— Нет, не все! — Тионис зло стиснул зубы. — Моему самому главному приключению никто не сможет помешать! Я узнаю, что происходит с душой после смерти, я раскрою самую главную тайну, пусть она и открывается однажды каждому.
Я получу самое великое Знание.
Черноволосые, узкоглазые альхеймы в островерхих шлемах завизжали, осыпая ладью стрелами. Воины продолжали грести, прикрывшись щитами, четверо самых крепких во главе с Милгой держали наготове абордажные крючья.
«А может быть, я еще сумею сдаться? — подумал Тионис, прижимаясь к высокому борту.
— Главная тайна ни от кого не уйдет, не надо спешить… В Халгявву, будь она неладна!»
Радостные вопли известили его о том, что крючья все-таки впились в проходящую мимо лодку альхеймов, надежно поймали ее в объятия ладьи. Гулко стукнулись борта и Рульфина первая прыгнула к врагам. За ней посыпались остальные, не успел только Милга Кормчий — его, как самого рослого, избрали основной мишенью лучники альхеймов и порядком истыкали стрелами.
