"
"«Аксель не сможет быть Наследником, Вайю, он просто не доживет. Десять зим. Ровно
столько было отмерено Юстинию с того момента, как он начал слышать тварей отчетливо».
Завтра. Все завтра. Завтра я буду сильной и собранной, завтра я начну искать лекарство
для Акса, и решать, что делать с Хейли, поединком и Фей-Фей... Завтра. Все завтра. А
сегодня мне хотелось просто плакать, от невозможности изменить прошлое.
Буду считать, что это юная Вайю, гормоны тела, возраст, последствия ритуала... да что
угодно. Сегодня я буду плакать.
Плакать за тех, кто сделать этого не может.
Плакать за отца, который вернулся тогда домой, в свой сад... за дядю, которому пришлось
двенадцать лет нести этот груз и который сейчас опять остался в подземельях наедине с
кубом... плакать за Акселя, которому было десять и которому пришлось... за маму... за тётю
Софи, которая умерла, потому что пыталась спасти нас...
... Трофей... Аксель уже добыл себе трофей... приказав отпилить голову первой
собственноручно убитой им твари.
.. Я снова подавилась слезами.
Груз будущего не так тяжел - я знаю по себе, и по-крайней мере могу попытаться хоть что-
то изменить, у меня есть время, а груз прошлого... он тяжелее в несколько раз, он просто
неподъемный, потому что уже ничего нельзя изменить. Все сделано и можно только жить
дальше, сгибаясь под тяжестью этих ошибок.
Дядя не спросил. Вопрос - виню ли я его в смерти отца, не прозвучал... так, же, как мама,
как Рели... но спрашивать необходимости не было, я видела, с каким ожиданием смотрел на
меня дядя.
Я - не винила.
«Брат или ... остальные». Я не знаю, как справился дядя, и не уверена, что получилось бы у
меня, будь я на его месте... но я точно не собираюсь быть той Блау, которая сделает такой
выбор ещё раз через десять лет. Если когда-нибудь в сад нашего поместья вернется Акс,
ведя за собой толпу тварей по призыву...
Глава 116. Осколки истины 1
Мне было хреново. Так паршиво, что хотелось закрыться с головой, и остаться навсегда в
этом стойле конюшни - безопасном и тихом.
Спала я мало. Всю ночь мне снились кошмары, шахты, вырубленные в стене цифры уровня
- шестнадцатый, литера V на стенах, и Юнис с Юстасом. Бывшие легионеры молчали, и
только смотрели укоризненно.
Твоя вина, Блау.
Моя вина. Это тоже моя вина. Не подумала, не учла, не просчитала. Иррациональная злость
внутри давила горло - я злилась на себя и на дядю. Не на Хэсау - эти ... этим предъявить
было нечего. Хотели - решили - взяли.
